Нидерландская медиасистема на современном этапе: переход от демократического корпоративизма к либеральной медиамодели

Скачать статью
Гладкова А.А.

кандидат филологических наук, старший научный сотрудник кафедры теории и экономики СМИ факультета журналистики МГУ имени М. В. Ломоносова, г. Москва, Россия

e-mail: gladkova_a@list.ru

Раздел: Зарубежная журналистика

В данной работе предложен анализ медиасистемы Нидерландов в рамках концепции Д. Халлина и П. Манчини, разделивших европейские страны на три группы в соответствии с рядом критериев (развитие газетной индустрии, политический параллелизм, уровень журналистского профессионализма, роль государства в медиасистеме). Анализ нидерландской медиамодели после исчезновения во второй половине XX в. явления социального размежевания в Нидерландах (так называемой системы четырех «колонн») показал, что в настоящее время нидерландская медиасистема демонстрирует близость либеральной медиамодели, сохраняя, однако, некоторые характерные черты, присущие модели демократического корпоративизма.

Ключевые слова: Нидерланды, медиасистема, размежевание, демократический корпоративизм, либеральная медиамодель

Введение

Увеличение интереса исследователей к развитию национальных медиасистем во многом связано с процессами глобализации, интен­сивным развитием межкультурной коммуникации, появлением уни­версальных экономических и социальных тенденций, проявляющих­ся в разных национальных контекстах. Рассмотрение медиасистем в контексте глобальных процессов дает возможность лучше понять природу современных интеграционных явлений, а также оценить влияние общемировых тенденций, таких как деполитизация СМИ, интенсивное развитие информационно-коммуникационных и цифровых технологий, трансформация аудиторий СМИ и многих других факторов на постепенное сближение медиасистем разных стран.

Для нидерландского общества в период с начала XX в. до 1960— 70-х гг. было характерно уникальное явление, получившее название «размежевание» (Братусь, 2009), или «система четырех колонн» (нидерл. «verzuiling», англ. «pillarization»: от нидерл. «zuil», англ. «pillar» — «колонна»). Феномен размежевания подразумевал существование в Нидерландах четырех по сути автономных общественно-политиче­ских групп: римско-католической, протестантской, социал-демокра­тической и либеральной или нейтральной.

У каждой из «колонн» в период подобного общественного разделе­ния имелись свои социальные институты, в том числе СМИ, трансли­рующие взгляды соответствующей «колонны» в более широкий соци­альный контекст. При этом принадлежность печатных СМИ к «колонне» проявлялась особенно явно, когда речь шла как об откры­том провозглашении политической линии редакции и поддержке газе­той определенного религиозного или общественного движения, так и о значительном объеме материалов по темам, касающихся своей «ко­лонны», и игнорировании событий, относящихся к сфере деятельнос­ти других «колонн», или представлении их в негативном ракурсе.

После распада системы «колонн» во второй половине XX в., выз­ванного рядом факторов (социальными и экономическими преобра­зованиями в стране после Второй мировой войны, изменениями в массовом сознании граждан, постепенной гомогенизацией нидер­ландского общества под влиянием факторов глобального характера и т.д.), нидерландские СМИ подверглись существенным трансформа­циям. Изменения затронули как выбор целевой аудитории СМИ, так и роль журналиста, а также наличие или отсутствие взаимосвязи пу­бликуемого контента с идеологической линией партии, роль и место партийной печати в обществе и многое другое.

Необходимо отметить, что, несмотря на уникальные особенности медиасистемы Нидерландов, трудов, посвященных ей, в нашей стране очень мало. Среди работ на эту тему следует выделить публикации Е.Л. Вартановой «Медиаэкономика зарубежных стран» и «Теория СМИ: актуальные вопросы» (Вартанова, 2003; 2009), где предлагается общая характеристика медиаиндустрии в Нидерландах. В своих рабо­тах Е.Л. Вартанова рассматривает особенности нидерландской газет­ной индустрии, в частности свойственные для ряда европейских стран развитую культуру печатных СМИ и высокий уровень потребления га­зет, а также подробным образом освещает специфику общественного вещания в Нидерландах, заключающуюся в обеспечении равного до­ступа к эфиру основных общественно-политических групп.

Работы автора, посвященные изучению трансформаций газетной прессы Нидерландов под влиянием факторов глобального характера (Гладкова, 2011; 2012b; 2015), позволяют оценить специфику нидер­ландской медиамодели и проанализировать изменения, которым подверглись печатные издания этой страны в XX—XXI веках.

Среди зарубежных исследований следует прежде всего упомянуть работы нидерландских авторов А. Лейпхарта (Lijphart, 1969; 1979; 1985; 1994; 1999) и К. Брантса (Brants, McQuail, 1997; Brants, Siune, 1998). Отметим, однако, что в их трудах основной акцент делается не на особенностях функционирования нидерландских СМИ, а на об­щественных предпосылках, сформировавших в том числе уникаль­ную систему сегментированных нидерландских медиа.

Среди других зарубежных авторов, в разное время рассматривав­ших особенности нидерландского общественного строя и характер­ные черты системы нидерландских медиа, следует назвать Д. Краута (Kruijt, 1965), Й. Бардуля (Bardoel, 2001), И. Иоссифова (Iossifov, 2001), Т. Тоонена (Toonen, 2000), М. Роййя (Rooij, 1974) и других зару­бежных ученых. Безусловный интерес представляет опубликованное под редакцией Й. Бардуля и Я. Бирхоффа (Bardoel, Bierhoff, 1981) двухтомное собрание статей нидерландских исследователей массовых коммуникаций «СМИ в Нидерландах», первая часть которого посвя­щена аудиовизуальным СМИ и новым медиа, а вторая — печатным СМИ. В числе авторов публикаций об истории нидерландской прес­сы, роли печатных изданий в формировании общественного мнения, будущем газет — известные нидерландские теоретики и практики: Питер фан Ваесбергхе, Эдди Кайсер, Ян Бирхофф и другие.

Целью данной работы является комплексная характеристика ни­дерландской медиасистемы на современном этапе и выявление тен­денций, свойственных этой медиасистеме сегодня. Основная теорети­ческая концепция, на которой базируется настоящее исследование, — это подход Д. Халлина и П. Манчини (HaUm, Mancini, 2009), согласно которому медиасистемы стран Европы могут быть охарактеризованы в соответствии с четырьмя основными критериями для анализа: 1) раз­витие газетной индустрии; 2) политический параллелизм, т.е. степень и характер связей между медиа и политическими партиями или — в более широком смысле — степень отражения в медийной системе важных политических разногласий в обществе, а также роль партийной прессы в обществе; 3) развитие журналистского профессионализма, т.е. появ­ление журналистских союзов, кодексов этики и т.д.; 4) степень и ха­рактер вмешательства государства в медийные системы (Землянова, 2013). Данные критерии были выбраны нами для анализа медиасисте­мы Нидерландов на современном этапе и выявления ее ключевых осо­бенностей после исчезновения системы размежевания.

По мнению Халлина и Манчини, Нидерланды относятся к стра­нам с моделью демократического корпоративизма. Для таких стран характерны высокие тиражи газет, важная роль партийной прессы в обществе, традиционно высокий уровень журналистского профес­сионализма и значительная роль, которую играет государство в меди­асистеме страны (в первую очередь имеется в виду государственная поддержка СМИ и общественного теле- и радиовещания). В своем исследовании Халлин и Манчини указывают также на то, что одним из свойств модели демократического корпоративизма является деле­ние общества на автономные группы. Как следствие, структура по­добного общества становится сегментированной; у каждой из групп появляются свои социальные институты, в число которых входят по­литические объединения и СМИ. Классическим примером сегменти­рованного плюрализма исследователи считают систему размежева­ния на четыре «колонны» в Нидерландах (Hallin, Mancini, 2009: 151).

Вместе с тем Халлин и Манчини (Ibid: 301), а позднее и другие исследователи1 отмечают динамичность подобной классификации, ее постоянную трансформацию под влиянием факторов глобального ха­рактера. Гипотеза, которую мы рассчитываем проверить в настоящей работе, заключается в том, что нидерландская медиамодель в настоя­щее время тяготеет в большей степени к либеральному типу, а не к модели демократического корпоративизма, свойственной ей, по мне­нию Халлина и Манчини (Ibid: 67). Подобная трансформация оказа­ла, на наш взгляд, влияние как на редакционную политику изданий, так и на роль журналистов, выбор целевой аудитории СМИ и ряд других факторов.

В настоящей работе исчезновение уникальной системы нидер­ландских «колонн» во второй половине XX в. рассматривается как свидетельство постепенного исчезновения под влиянием глобальных процессов национальных особенностей медиасистем стран Западной Европы и сближение их в контексте единой медиамодели. Отличи­тельными чертами такой медиамодели являются: отсутствие связей между медиа и политическими структурами, профессионализация журналистской деятельности, ослабление государственного вмеша­тельства в информационную систему общества, коммерциализация СМИ и их ориентация на массовую аудиторию (Hallin, Mancini, 2009) — то, что Халлин и Манчини считают свойственными для либе­ральной модели в своей классификации. В этом контексте изучение медиасистемы Нидерландов как конкретного случая общемирового процесса приобретает несомненную актуальность и значимость.

Развитие газетной индустрии

Для начала отметим, что Нидерланды исследователи традиционно относят к группе «газетных» стран — европейских стран, где число га­зет на 1000 человек наиболее высоко (Вартанова, 2003). В значитель­ной степени популярность печатной прессы в Нидерландах была из­начально обусловлена делением общества на «колонны»: вплоть до конца 1960-х гг. каждый житель страны в зависимости от религиоз­ных и поли тических убеждений относил себя к определенной идео­логической группе, у каждой из которых были свои СМИ.

При этом в эпоху размежевания выбор печатных СМИ нередко определялся регионом проживания читателей. Так, например, в ни­дерландских провинциях Зееландия, Южная Голландия, Гелдерланд и Оверэйсел, входивших в «Библейский пояс» (De Bijbelgordel), — реги­он с наиболее сильными консервативными протестантскими тради­циями, — популярностью традиционно пользовались издания проте­стантской направленности: «Трау» (Trouw), «Де Стандарт» (De Standaard), «Де Роттердаммер» (De Rotterdammer), «Реформаториш Дахблад» (Reformatorisch Dagblad). Несмотря на то что сегодня неко­торая зависимость читательских предпочтений от региона прожива­ния по-прежнему прослеживается — на это указывают в частности данные по региональной подписке на ежедневные газеты2, — мы склонны считать это скорее данью традиции, чем реальным факто­ром влияния на выбор аудиторией определенных СМИ.

Следует упомянуть о постоянном росте совокупного годового тиража ежедневных газет в Нидерландах эпохи размежевания: 2,864 млрд. в 1955 г., 3,199 - в 1960 г., 3,565 - в 1965 г., 4,153 - в 1970 г. (Rooij, 1974). Вместе с тем общее число ежедневных печатных изда­ний сокращалось вследствие закрытия некоторых газет (например, региональной «Хронингер Дахблад» (Groninger Dagblad)) или их по­глощения более крупными изданиями, как это произошло с газетой «Бредаше Курант» (Bredasche Courant), вошедшей в 1941 г. в состав «Роттердамс Ньюсблад» (Rotterdams Nieuwsblad): 124 в 1946 г., 115 в 1950 г., 104 в 1955 г., 101 в 1960 г., 96 в 1965 г. (Ibid).

Высокие тиражи газет, доступность массовой прессы широкой ау­дитории (Hallin, Mancini, 2009: 22), разнообразие печатного рынка, обусловленное в определенной степени стремлением удовлетворить запросы разных общественно-политических групп («колонн»), под­держка печатных изданий политическими партиями и объединения­ми - характерные черты Нидерландов эпохи размежевания, прибли­жающие страну к модели демократического корпоративизма.

Сегодня же для газетного рынка этой страны свойственны тенденции иного рода: падение тиражей, уменьшение аудитории газет, деполи­тизация и коммерциализация прессы3, распространение бесплатных изданий, переход печатных изданий в онлайн-формат и другие, что, на наш взгляд, делает возможным говорить о постепенном переходе Нидерландов в группу стран с иной медиамоделью.

Приведем некоторые данные. Так, совокупный годовой тираж ежедневных изданий в Нидерландах неуклонно снижается на протя­жении уже нескольких лет: 1,327 млрд экз. в 2010 г., 1,280 млрд экз. в 2011 г., 1,152 млрд экз. в 2012 г., 1,080 млрд экз. в 2013 г. Подавляющее большинство ежедневных печатных изданий распространяются по подписке — 814 млн экз. в 2013 г. На долю розничной продажи прихо­дится 46 млн экз., а 220 млн экз. распространяются другими способа­ми, в частности речь идет о бесплатных газетах («Метро» и другие). В целом на нидерландском рынке ежедневных изданий 84,7% всего ас­сортимента принадлежат платным изданиям, а 15,3% — бесплатным4.

Под влиянием Интернета на аудиторию и рекламный рынок, ни­дерландские печатные издания сегодня все чаще переходят в онлайн- формат — тенденция, свойственная большинству европейских стран на современном этапе. По результатам исследования, проведенного нидерландской организацией NOM (Nationaal Onderzoek Multi­media), изучающей тенденции развития печатных и электронных СМИ Нидерландов, в 2013-2014 гг. был зафиксирован рост аудитории цифровых версий газет. Так, 36% аудитории сегодня читает ежеднев­ные издания на компьютере, 22,8% — на планшетных устройствах, 20,8% — на смартфоне5. Онлайн-версии сегодня есть у подавляющего большинства нидерландских газет, причем значительное внимание в них уделяется взаимодействию с интернет-аудиторией посредством различных интерактивных функций (форумов, онлайн-опросов, объ­явлений и т.д.).

Бесспорно, говорить о полном переходе Нидерландов в группу стран с либеральной медиамоделью, опираясь исключительно на тенденции развития печатного рынка было бы некорректно. Следу­ет понимать, что современные Нидерланды по-прежнему в значи­тельной степени остаются «газетной» страной и демонстрируют близость к модели демократического корпоративизма. На это ука­зывают, например, относительно высокие по сравнению с другими европейскими странами тиражи газет6  (Захарова, 2012), средние показатели по охвату аудитории 13+, которые составили 57,1% в 2012 г., что является достаточно высоким показателем для европей­ских стран7, а также целенаправленная политика государства по поддержке печатных изданий в виде субсидий и дотаций разного рода, речь о которой пойдет далее.

Вместе с тем для Нидерландов сегодня свойствен ряд тенденций, характерных и для стран с моделью другого типа: достаточно высо­кие, однако меньшие, чем в предыдущие годы, тиражи печатных из­даний, существенное уменьшение доли печатных СМИ на реклам­ном рынке страны (43,5% в 2004 г. и 22,6% в 2013 г.)8, сокращение количества газет на 1000 человек (345,9 в 2000 г. (Hallin, Mancini, 2009: 23) и 233,39 в 2012 г.9), а также деполитизация прессы и ее ори­ентация на широкую аудиторию, что будет рассмотрено далее. Эти тенденции указывают, на наш взгляд, на значительные трансформа­ции, которым подвергается печатный рынок этой страны сегодня.

Политический параллелизм

Под политическим параллелизмом Халлин и Манчини понимают роль и место партийной прессы в обществе, отражение в СМИ взгля­дов и идей политических партий, поддержку СМИ определенного политического течения (Hallin, Mancini, 2009: 26-27). Согласно их классификации, для стран с моделью демократического корпорати­визма свойственны высокий уровень политического параллелизма и значительная роль партийной прессы в обществе, в отличие от стран с либеральной медиамоделью.

Следует понимать, что в период существования в Нидерландах яв­ления размежевания деятельность СМИ внутри каждого из четырех сегментов происходила под эгидой политических объединений и движений. До 1960-х гг. наибольшим числом сторонников внутри протестантской «колонны» обладали Антиреволюционная партия (ARP), Христианский исторический союз (CHU), Политическая фе­дерация реформаторов (RPF), Реформистский политический союз (GPV); внутри католической «колонны» — Римско-католическая го­сударственная партия (RKSP) и Католическая народная партия (KVP); социал-демократическая «колонна» была представлена Соци­ал-демократической рабочей партией (SDAP) и Партией труда (PvdV); либеральная — Союзом либералов (De Liberale Unie), Народ­ной партией за свободу и демократию (VVD) и т.д.

Принадлежность СМИ к одной из «колонн» во многом определя­ла их редакционную политику, выбор целевой аудитории и источни­ки финансирования. Так, например, СМИ нейтральной направлен­ности в большинстве своем не получали финансовой поддержки со стороны политических партий, в отличие от предыдущих трех «ко­лонн», и существовали в основном за счет государственных дотаций и субсидий прессе. В то же время СМИ, выпускаемые под эгидой определенных политических объединений (такие, как газета «Де Стандарт» (De Standaard), поддерживающая Антиреволюционную партию, или газета «Де Ниве Фаан» (De Nieuwe Vaan), издаваемая Ка­толической народной партией), основной доход получали напрямую от этих объединений.

Влияние политических партий на транслируемый контент было также значительным. Во времена размежевания СМИ фактически вы­полняли роль площадки для освещения взглядов, идей, политической программы и агитационных лозунгов определенной политической группы. Освещаемые в СМИ события в подавляющем большинстве случаев происходили внутри собственной «колонны», новости феде­рального уровня были представлены в меньшей степени и обязатель­но сопровождались трактовкой точки зрения «колонны», к которой относилось это издание. Если требовалось опубликовать экспертное мнение по какому-либо вопросу, приглашенный эксперт обязательно должен был разделять взгляды соответствующей «колонны».

Целевой аудиторией СМИ являлись сторонники определенной «колонны», а журналисты, в свою очередь, исполняли роль трансля­торов взглядов и идей своей «колонны»: объективной, многосторон­ней трактовки событий в период размежевания практически не было. Наконец, решающим фактором при приеме на работу, в том числе в СМИ, являлась принадлежность кандидата к соответствующей поли­тической или религиозной группе. «Колонны» являлись автономны­ми образованиями, практически не поддерживающими контакты друг с другом, что объясняет закрытость СМИ, их сконцентрирован­ность преимущественно на событиях внутреннего масштаба.

На примере проведенного нами контент-анализа изданий «Алхемейн Дахблад» (2010 г.) и «Эт Фолк» (1918 г.) (Гладкова 2012а; 2012b) можно убедиться, что нидерландские газеты подверглись значитель­ным трансформациям после распада системы «колонн»: изменений коснулись как их идеологическая направленность, так и целевая ау­дитория, медийный контент, источники финансирования (от пар­тийных и государственных дотаций к доходам от рекламы и распро­странения тиража).

В выпусках газеты «Алхемейн Дахблад» от 2010 г. отчетливо просле­живаются такие современные тенденции, как независимость издания от политических объединений, соблюдение нейтралитета при освеще­нии общественно значимых событий, ориентация на массовую аудито­рию — то, что изданиям эпохи сегментированного общества было не свойственно. Отметим, что нам удалось также выявить трансформа­цию ракурса освещения избирательной кампании: так, в материалах 1918 г. был зафиксирован акцент на партиях, сопряженный с мини­мальным интересом к личности ее членов, а в 2010 г. — на личности по­литических деятелей как представителей определенной общественной группы. Можно предположить, что эта тенденция напрямую связана с переходом Нидерландов от сегментированного общества эпохи разме­жевания к интегрированному обществу современности. Следствием этого является повышение интереса к человеку, его индивидуальным качествам, а не политическим пристрастиям и, соответственно, опре­деленный спад интереса к партийным объединениям.

В целом можно сказать, что распад системы «колонн» повлек за собой деполитизацию прессы, уход от политически аффилированных газет в сторону «изданий для всех» («catchall media») (Hallin, Mancini, 2009: 270), иными словами, тех, что ранее позиционировали себя как нейтральные. Подобная гомогенизация прессы стала следствием снижения в 1960— 1970-х гг. уровня политического параллелизма, раз­вития коммерциализации, усиления журналистской автономии. Она в свою очередь привела к изменению целевой аудитории газет: чита­тели стали восприниматься не как последователи определенного об­щественно-политического течения и сторонники одной из «колонн», а как индивидуальные потребители СМИ.

Развитие журналистского профессионализма

Напомним, что под журналистским профессионализмом Халлин и Манчини подразумевали целый ряд факторов, среди которых были названы журналистская автономия (независимость журналистов от органов государственной власти и медиакомпаний), развитие про­фессиональных журналистских объединений и союзов, создание ко­дексов этики и т.д.

В целом для стран с моделью демократического корпоративизма свойственно раннее возникновение профессиональных журналистских объединений (Hallin, Mancini, 2009: 170) и их более значительная роль в медиасистеме по сравнению со странами либеральной группы (Ibid: 171). Характерно, что именно в Нидерландах был основан один из первых журналистских союзов в Европе (1894 г.). Под влиянием размежевания система профессиональных журналистских организаций, как и другие общественные институты, подверглась сегментированию, и у каждой из «колонн» появились свои отдельные журналистские сообщества. Объе­динение их произошло только после распада «колонн» в 1965 г. в рамках Нидерландского Союза журналистов (Nederlandse Vereniging van Journalisten). Еще одной профессиональной организацией журналистов, появившейся в Нидерландах после исчезновения размежевания, стал Совет по журналистике (Raad voor de Journalistiek), созданный в 1960 г В качестве его учредителей выступили представители Союза журнали­стов Нидерландов, Общества главных редакторов Нидерландов, Нацио­нального информационного агентства Нидерландов, некоторых коор­динирующих организаций печатной прессы, а также координирующих организаций государственного и коммерческого вещания, организации в области Интернета «Планета Интернет»10. Сегодня основная деятель­ность Совета по журналистике Нидерландов включает рассмотрение жалоб аудитории СМИ на факты искажения информации в СМИ, не­правомерное использование источников информации, вторжение в частную жизнь и т.п. Совет по журналистике ежегодно публикует годо­вой отчет о своей деятельности, который можно найти в открытом до­ступе на официальном вебсайте совета11.

Именно руководству Совета по журналистике принадлежит авторст­во этического кодекса нидерландских журналистов (De Code van de Raad voor de Journalistiek) от 2010 г.12 Показательно, что первые документы, ре­гламентирующие права и обязанности журналистов, появились в Нидерландах только после исчезновения размежевания: среди них «Толко­вание прав и обязанностей журналиста» (De Verklaring der Rechten en Plichten van de Journalist) от 1971 г. и «Кодекс журналистских принци­пов» (De Code van Journalistieke Beginselen) от 1982 г. Все названные документы отражают основные принципы работы журналистов, их права и обязанности по отношению к аудитории и редакции, содержат этические нормы поведения, акцентируют значимость объективности, бес­пристрастности и точности при создании журналистских материалов.

Добавим, что, по мнению Халлина и Манчини, именно стремле­ние журналистов к объективности и независимости от мнений поли­тических партий или владельцев СМИ составляет одну из главных особенностей либеральной модели медиасистемы (Hallin, Mancini, 2009: 219). Очевидно, что во времена системы размежевания подоб­ной независимости у журналистов практически не было: их роль за­ключалась преимущественно в освещении взглядов и идей опреде­ленной «колонны», ее политической программы, ценностей и убеждений. С исчезновением размежевания роль журналиста тран­сформировалась: отныне он перестал быть лишь посредником между идеологической группой и ее сторонниками, а приобрел платформу для выражения собственных взглядов, которые совсем не обязаны совпадать с провозглашенной общественно-политической направ­ленностью издания. В данном контексте, на наш взгляд, уместно го­ворить о повышении журналистской автономии в Нидерландах после распада системы «колонн» и переходе журналистской миссии из про­паганды в общественное служение (Ершов, 2013).

Заключая, мы считаем возможным предположить, что уровень журналистского профессионализма в Нидерландах сегодня, как и во времена размежевания, довольно высок. На это указывает, в частно­сти, раннее возникновение и активная работа профессиональных жур­налистских объединений в стране. Вместе с тем мы считаем, что жур­налистский профессионализм также подвергся некоторым транс­формациям после распада «колонн» и снижения политического парал­лелизма в системе СМИ: так, уровень журналистской автономии стал значительно выше, а в появившихся кодексах журналистской этики были закреплены нормы беспристрастности, объективности и точно­сти, которыми должны руководствоваться нидерландские журналисты.

Роль государства

Для того чтобы охарактеризовать роль государства в нидерланд­ской медиасистеме сегодня, рассмотрим основные законодательные документы, регулирующие политику в области СМИ в Нидерландах.

Необходимо отметить, что в период существования в Нидерландах системы размежевания вмешательство государства в деятельности СМИ было довольно значительным. Так, в 1930 г. в Нидерландах были подписаны «Указ о распределении эфирного времени» (Het Zendtijdbesluit) и ряд положений о регулировании деятельности ве­щательных организаций. В Указе шла речь о выделении четырем крупнейшим вещателям, представляющим четыре «колонны», по 20% эфирного времени. К этим вещателям относились Социал-демо­кратическая вещательная ассоциация VARA, Католический теле- и радиовещатель KRO, Нидерландское христианское радиообъедине­ние NCRV, принадлежащее к протестантской «колонне», и позицио­нирующий себя как независимый вещатель AVRO. 15% эфира было отдано программам общего интереса, 5% — программам, выходящим под эгидой религиозных теле- и радиовещательных организаций и общин. Трансляция передач осуществлялась попеременно из муни­ципалитета Хилверсум в провинции Северная Голландия, являюще­гося теле- и радиовещательным центром страны, и Хаузен, располо­женного в той же провинции.

Отметим, что установление квот эфирного времени для всех веща­тельных организаций осуществлялось в зависимости от размера их ау­дитории. Так, первый тип организаций категори «А» должен был на­считывать не менее 450 тыс. членов. Категория «В» определялась числом членов от 300 до 450 тыс. человек. Категория «С» — от 150 до 300 тыс. членов [Вартанова, 2003]. Для того, чтобы стать членом опре­деленной вещательной организации, сегодня, как и во времена разме­жевания, необходимо оплатить разовый годовой взнос. В большинстве случаев членство в общественной вещательной организации стоит не очень дорого: так, например, стандартный годовой взнос, установлен­ный вещателем AVROTROS, составляет 7,50 евро13. В настоящее время, однако, нидерландский Закон о СМИ не делает столь четкого раз­личия между тремя категориями вещателей, ограничиваясь разделени­ем организаций на две большие группы — с количеством членов более 300 тыс. человек и с количеством членов от 150 до 300 тыс. человек. Первая группа получает 650 часов эфирного времени на телевидении и 3000 часов на радио в год; вторая — в два раза меньше. Общественные вещатели с количеством членов как минимум 50 тыс. человек получа­ют 100 часов времени на телевидении и 450 часов на радио в год14.

Можно сказать, что под влиянием системы размежевания в Нидер­ландах сложилась уникальная система распределения государством эфирного времени, не свойственная другим странам Европы. Необхо­димо отметить, однако, что даже после исчезновения системы «ко­лонн» во второй половине XX в. практика распределения государством эфирного времени сохранилась, однако в нее были внесены некоторые коррективы. Так, например, сегодня ряд религиозных теле- и радиове­щательных организаций и общин, согласно статье 2.42 в нидерланд­ском Законе о СМИ от 2008 г., не обязаны иметь конкретное число по­стоянных зрителей для того, чтобы быть представлены в эфире. В отличие от общественных вещателей они получают определенное коли­чество часов в эфире вне зависимости от объема их аудитории. В каче­стве примера можно привести программы, созданные под эгидой Римс­ко-католической церковной общины и выходящие в рамках эфирного времени католического вещателя KRO. Под статью 2.42 Закона о СМИ попадают также IKON, ZvK, JO, BOS и некоторые другие вещатели. В общей сложности, согласно нидерландскому Закону о СМИ, эфир­ное время вещателей, попадающих под статью 2.42, не должно превы­шать 351 часа на телевидении и 1057 часов на радио в год.

Важно понимать, что на современном этапе нидерландская меди­асистема регулируется не только законодательными актами: важную роль в Нидерландах сегодня играют и институты саморегулирования, в частности профессиональные журналистские объединения, речь о которых шла ранее. В качестве еще одного примера механизмов са­морегулирования можно привести систему маркировки «Кейквей- зер» (Kijkwijzer), разработанную Нидерландским институтом класси­фикации аудиовизуальных СМИ (Nederlands Instituut voor de Classificatie van Audiovisuele Media - NICAM). Система представляет собой набор меток, которыми маркируется весь телепродукт. Набор содержит пять возрастных показателей и шесть характеристик напол­нения (ужасы, насилие, эротика, злоупотребление наркотиками/ал­коголем, брань, дискриминация). Работу над маркировкой телевизи­онного контента в институте NICAM проводят более 200 психологов, социологов, представителей родительских комитетов, различных не­правительственных и государственных организаций, вещателей и т.д.

Еще одним принципиальным отличием современной системы СМИ Нидерландов от аналогичной системы периода размежевания является активная поддержка плюрализма идей и мнений в медиасре­де. С целью сохранения и укрепления многообразия мнений Консти­туция Нидерландов дает вещательным организациям право самим определять форму и содержание своих программ, а также гарантирует независимость СМИ от влияния на них со стороны частных компа­ний, корпораций и различных заинтересованных лиц15. Очевидно, что во времена социального размежевания, когда СМИ фактически явля­лись трансляторами взглядов определенной политической или религи­озной группы, плюрализм мнений не имел столь значительной под­держки в медиасреде.

Говоря о роли государства в формировании и реализации медиа­политики, а также о регулировании СМИ, следует вспомнить и о тра­диционно большой поддержке государством в странах с моделью де­мократического корпоративизма (Hallin, Mancini: 161) печатных изданий в форме различного рода субсидий и дотаций. Так, прямые общие субсидии от государства получают нидерландские издания специализированного профиля, такие, как газеты мнений, издания для иммигрантов, газеты на языке национальных меньшинств и про­чие. Прямые целевые субсидии могут быть направлены на поддержку журналистского образования (стипендии, курсы повышения квали­фикации), а также стимулирование исследовательской деятельности и развитие технологических инноваций. Непрямые субсидии могут иметь своей целью снижение тарифов на почтовое распространение изданий и на продажи, уменьшение тарифов на телефонную связь и т.д. С 1974 г. в Нидерландах существует также Фонд стимулирова­ния прессы (Het Stimuleringsfonds voor de Pers) для оказания помощи газетам и журналам, которые находятся в тяжелом финансовом поло­жении, содействия новым, только что открывшимся газетам, а также поддержки начинающих журналистов и журналистов, разрабатываю­щих индивидуальные проекты и стартапы.

В целом, как можно заметить, роль нидерландского государства в медиасфере в настоящее время по-прежнему достаточно велика. Речь идет как о регулировании информационной среды (распреде­ление квот эфирного времени), так и о целенаправленной государ­ственной поддержке СМИ с целью обеспечения плюрализма мне­ний и идей в медиапространстве. Значительная роль государства свойственна, по мнению Халлина и Манчини, странам с моделью демократического корпоративизма, к которым они относят Нидер­ланды (Там же).

Вместе с тем сегодня можно говорить о постепенной трансформа­ции роли государства в Нидерландах и усилении таких его функций, как обеспечение независимости СМИ, т.е. противодействие прямому или косвенному контролю над публикуемым контентом со стороны частных компаний, предприятий, заинтересованных лиц; создание условий, при которых СМИ могут оптимальным образом обеспечи­вать информацией всех граждан страны, а также отражать весь спектр мнений и позиций по ключевым вопросам; осуществление контроля над качеством публикуемого и транслируемого контента; повышение медиаграмотности граждан и другие функции, возложенные на госу­дарство в странах с либеральной медиамоделью.

Некоторые из наблюдений, сделанных нами в ходе анализа медиа­системы Нидерландов в период социального размежевания и на сов­ременном этапе, представлены в табл. 1.

vest-06-15-121-137.PNG
Выводы

Исследование показало, что для Нидерландов сегодня характерны тенденции, свойственные большинству европейских стран: деполи­тизация прессы, ориентация СМИ на широкую аудиторию, повыше­ние журналистской автономии, появление механизмов саморегули­рования СМИ, развитие профессиональных журналистских объединений, изменение роли государства в обществе, коммерциа­лизация СМИ и их переход в онлайн-формат и многие другие.

После распада системы «колонн» Нидерланды подверглись влия­нию факторов глобального характера и постепенно утратили свойст­венную этой стране специфику деления на четыре общественно-поли­тических сегмента, имеющую прямое влияние на медиасистему страны. Одним из немногих сохранившихся со времен размежевания элементов является уникальная система распределения эфирного вре­мени в Нидерландах в зависимости от объема аудитории, не имеющая аналогов в других странах Европы. В целом, однако, на современном этапе справедливо говорить об исчезновении системы «колонн» и по­степенной гомогенизации нидерландского общества и системы СМИ под влиянием общемировых социальных и экономических процессов.

Рост журналистского профессионализма и профессиональной авто­номии, деполитизация СМИ, стабильно высокий интерес к печатным СМИ у нидерландской аудитории по сравнению с другими европей­скими странами, коммерциализация СМИ позволяют говорить о бли­зости нидерландской медиамодели странам, классифицированным Халлином и Манчини как страны с либеральной моделью СМИ. Вме­сте с тем говорить о полном переходе Нидерландов в эту группу, на наш взгляд, преждевременно, учитывая, в частности, по-прежнему значительное влияние государства на медиасистему страны. Заключая, скажем, что пример Нидерландов демонстрирует одну важную, на наш взгляд, тенденцию, а именно то, как глобальные тренды постепенно вытесняют национальные особенности медиасистем, приводя к тому, что их развитие сегодня происходит по схожему сценарию.

Примечания

1 Bruggemann et al, 2014.

2 Mediamonitor // Dagbladen in 2013. Режим доступа: http://www.mediamonitor.nl/mediamarkten/ dagbladen/dagbladen-in-2013/ (дата обращения: 01.06.2015).

3 Под коммерциализацией прессы Халлин и Манчини понимают получение изда­ниями основного дохода от размещения рекламы, а не от политических объединений, как это происходило с партийными изданиями эпохи размежевания [Hallin, Mancini, 2009: 26].

4 Mediamonitor // Dagbladen in 2013. Op cit.

5 Ibid.

6  См., например: совокупный годовой тираж ежедневных газет во Франции в 2014 г. составил 1,918 млрд экз. Этот показатель, безусловно, выше, чем анало­гичный показатель по Нидерландам, однако при этом необходимо учитывать раз­мер населения страны (16,8 млн в Нидерландах и 66 млн во Франции по данным 2013 г.). Режим доступа: http://www.ojd.com/var/ojd/storage/files/plaquette/OJD_Plaquette_25eme0bservatoire_2015.pdf (дата обращения: 15.05.2015).

7 Mediamonitor // Dagbladen in 2013. Op cit.

8 Mediabestedingen wereldwijd met meer dan 40 procent gestegen. Режим доступа: http://www.marketingfacts.nl/berichten/mediabestedingen-wereldwijd-met-meer-dan-40-procent-gestegen  (дата обращения: 01.06.2015).

9 Sustainable Governance Indicators. Режим доступа: http://www.sgi-network.org/2014/Governance/Executive_Accountability/Media/Newspaper_Circulation.

10  Путеводитель по саморегулированию СМИ // Режим доступа: http://www.ifap.ru/library/book287.pdf (дата обращения: 26.11.2014).

11 Raad voor de Journalistiek // Режим доступа: http://www.rvdj.nl/ (дата обращения: 26.11.2014).

12 De Code van de Raad voor de Journalistiek // Режим доступа: http://www.rvdj.be/sites/default/files/pdf/journalistieke-code.pdf (дата обращения: 21.05.2015).

13 Veelgestelde vragen. Режим доступа: http://www.avrotros.nl/over-avrotros/faq/ (дата обраще­ния: 04.12.2014).

14 A-omroep, B-omroep, C-omroep // Режим доступа: http://apps.nrc.nl/stijlboek/a-omroep-b-omroep-c-omroep (дата обращения: 03.12.2014).

15 Media Act and Media Policy. Режим доступа: http://www.government.nl/issues/media-and-broadcasting/the-government-and-media/media-act-and-media-... (дата обращения: 25.11.2014).

Библиография

Братусь И.Б. Нидерланды. Опыт лингвострановедческого словаря. СПб: Факультет филологии и искусств СПбГУ, 2009.

Вартанова Е.Л. Медиаэкономика зарубежных стран. М.: Аспект Пресс, 2003.

Вартанова Е.Л. Теория СМИ: актуальные вопросы. М.: МедиаМир, 2009.

Гладкова А.А. Модель четырех «колонн» в Нидерландах // Меди@льманах. 2011. 5.

Гладкова А.А. Освещение парламентских выборов в газете «Эт Фолк» («Алхемейн Дахблад») (сравнительный анализ кампаний 1918 и 2010 гг.) // Меди@льманах. 2012а. 2.136

Гладкова А.А. Трансформация газетной прессы Нидерландов в XX—XXI в: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. М.: Ф-т журн. МГУ, 2012 b.

Гладкова А.А. Пресса Нидерландов в контексте системы размежевания. М.: Ф-т журн. МГУ, 2015.

Ершов Ю.М. Автономия журналиста как критерий профессионализма и показатель развития // Вестник Томского государственного университета. Филология. 2013. №4(24).

Захарова М.В. Пресса Франции в 2010 г.: особенности рыночных страте­гий // Медиаскоп. 2012. 3.

Землянова Л.М. Теоретические принципы сравнительного анализа медий­ных систем в трудах Дэниела Халлина и Паоло Манчини, их адептов и оппо­нентов // Медиаскоп. 2013. №3.

Bardoel J. (2001) Open Media, Open Society. Rise and Fall of the Dutch Media Model: a Case Study. Media for the Open Society. Moscow: IKAR Publisher.

Brants K., McQuail D. (1997) The Netherlands. The Media in Western Europe. Euromedia Research Group. London: Sage.

Brants K., Siune K. (1998) Politicization in Decline? In D. McQuail, K. Siune (eds.) Media Policy: Convergence, Concentration and Commerce. London: Sage.

Bruggemann M., Engesser S., Buchel F., Humprecht E., Castro L. (2014) Hallin and Mancini Revisited: Four Empirical Types of Western Media Systems. Journal of Communication 64 (5).

Hallin D.C., Mancini P. (2009) Comparing Media Systems. Three Models of Media and Politics. New York: Cambridge University Press.

Iossifov I. (2001) The Dutch Press Policy: a Model to Follow or a Model to Change. In Media for the Open Society. Moscow: IKAR Publisher.

Kruijt J.P. (1965) Verzuildheid in Nederland: Blijvende Structuur of Aflopende Episode? In J.J. Gielen ea Pacificatie en de Zuilen. Meppel: Boom.

Lijphart A. (1969) Consociational Democracy. World Politics 21 (2).

Lijphart A. (1979) Verzuiling, Pacificatie en Kentering in de Nederlandse Politiek. Amsterdam: J.H. de Bussy.

Lijphart A. (1985) Non-Majoritarian Democracy: A Comparison of Federal and Consociational Theories. Publius: The Journal of Federalism 15 (2).

Lijphart A. (1994) Electoral Systems and Party Systems. A Study of Twenty-Seven Democracies 1945—1990. Oxford University Press.

Lijphart A. (1999) Patterns of Democracy. Government Forms and Perfromance in Thirty-Six Countries. Yale University Press.

Bardoel Jo., Bierhoff J. (eds.) (1981) Media in Nederland. Deel 1, 2. Amsterdam: Van Gennep.

Rooij M. (1974) Kranten. Dagblad Pers en Maatschappij. Amsterdam: Wetenschappelijke Uitgeverij.

Toonen T. A.J. (2000) The Interplay of Pillarisation and Administration. West European Politics 23.

Поступила в редакцию 03.06.2015



Библиография: