Эволюция научно-популярных журналов в Италии

Скачать статью
Овчинникова О.М.

аспирантка кафедры зарубежной журналистики и литературы факультета журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова, г. Москва, Россия

e-mail: ovcliol@mail.ru

Раздел: Зарубежная журналистика

Статья посвящена роли интернет-коммуникаций в развитии гражданского общества и социальной инфраструктуры в современной России, а именно практике гражданских интернет-приложений, получивших широкое распространение в последние годы. Рассматриваются факторы, актуализирующие их функционирование; предлагаются критерии систематизации приложений, дается обзор практики новых видов медиакоммуникаций; оцениваются возможности, перспективы и проблемы, которые открываются с развитием данных форм гражданской активности для профессиональной журналистики.

Ключевые слова: популяризация науки, СМИ Италии, журнал

Популяризация науки в Европе: краткий исторический экскурс

Популяризация как публичное распространение научных знаний зародилась в Европе в XIII—XIV вв. и изначально основывалась на переводе латинских энциклопедий (Панков, 1973: 5—6). В даль­нейшем эти книги, вместе с работами ученых, излагающих резуль­таты своих изысканий, положили начало развитию научно-попу- лярной литературы. При этом данный вид популяризации можно назвать в некоторой мере «элитарным», так как изначально он был адресован очень узкому кругу читателей.

Более массовая популяризация началась чуть позже. В XV—XVI вв., когда с расширением технической деятельности, родились новые профессии и, как следствие, — социальные группы. Их представи­тели не имели возможности получить необходимые для работы знания в учебных заведениях и поэтому должны были осваивать их самостоятельно (Парафонова, 2008: 10). Такая потребность при­вела к появлению литературы учебно-прикладного назначения — одного из видов научно-популярной литературы. Огромную роль в развитии популяризации сыграло появление в Европе 1440-х гг. печатного станка с подвижными литерами и последующее распро­странение книгопечатания.

В XVII в. наука вступила в новую фазу развития, которая впо­следствии была названа периодом классической науки. Ускорение научного познания сопровождалось активной институционализа­цией этой сферы. Появились первые научные общества и акаде­мии наук национального уровня (в 1603 г. — в Италии, 1662 г. — в Англии, 1666 г. — во Франции, 1700 г. — в Германии). Вместе с ними появилась и новая «площадка» для взаимодействия между учеными — научные журналы. Первый из них, «Философские тру­ды» (Philosofical Transactions), стал издаваться с 1665 г. Лондонским королевским обществом. Журнал рассказывал об открытиях, изо­бретениях и природных явлениях; помимо этого в нем можно было встретить путевые заметки из экспедиций и интервью с учеными и заметными фигурами той эпохи. В других европейских странах академии наук стали выпускать подобные журналы в следующие десятилетия, превратившись таким образом к началу XVIII в. в центры распространения научных знаний (Russo, Santoni, 2010: 210). Помимо развития печатных технологий этому способство­вало и то, что в изданиях использовался «универсальный» язык на­учного мира — латынь (Apollonio, 2002: 12). Ключевые труды, опубликованные в различных странах, переводились на этот язык и таким образом попадали в своего рода единое культурное про­странство.

Параллельно набирало обороты развитие альманахов. Изначаль­но распространявшие астрологические знания, позже они обрати­лись к астрономии, а в XVII в. превратились в небольшие книжки с новостями из различных областей знаний.

Формирование классической науки проходило на фоне одного из ключевых периодов в развитии европейской культуры — эпохи Просвещения. Новым явлением, ознаменовавшим это время, стали энциклопедии, которые позже заняли важное место в популяриза­ции науки. Одним из символов Просвещения стала «Энциклопе­дия, или толковый словарь наук, искусств и ремесел». Изданием словаря занимался Дидро, а свой вклад в его создание внесли 150 видных ученых и мыслителей той эпохи, среди которых Воль­тер, Монтескьё, Кондильяк, Руссо, д’Аламбер, Бюффон, Гольбахи другие. Первый том энциклопедии вьттттел в 1751 г., а на издание всего монументального труда, насчитывающего 28 томов, потре­бовалось 25 лет (Ibid.:13).

«Энциклопедия...» задумывалась как перевод на французский другого знаменитого издания, «Циклопедии, или универсального словаря наук и искусств» Э. Чемберза (оно вьттттло в 1728 г. в Анг­лии). В одном ряду с трудами Дидро и Чемберза стоят «Лексикон Техникум» Джона Харриса, Энциклопедия Британника и другие. Эти книги воплотили одну из центральных идей философии Про­свещения — широкого распространения научных знаний и необ­ходимости изучения естественных наук. Во многом благодаря укреплению таких представлений в общественном сознании в XVII—XVIII вв. стало возможным появление и развитие популя­ризации науки.

В эпоху Просвещения появились и первые относительно регуляр­ные газетные сообщения о новинках и текущих событиях в науке, а также об их применении в промышленности, сельском хозяй­стве, общественной жизни и в быту. В качестве первого издания, разместившего на своих страницах тексты научной тематики, ряд исследователей называет «Газетт де Франс» («Gazzette de France») Теофраста Ренодо (Muerza, 2004: 37). Наряду с газетами и альма­нахами научную информацию распространяли и такие периодиче­ские издания, как разнообразные листки новостей и рекламные листовки (Battifoglia, 2004: 2).

Как устойчивое и относительно массовое явление популяриза­ция науки стала формироваться только во второй половине XIX сто­летия — в период промышленной революции, всемирных выста­вок и утверждения веры в научно-технический прогресс как залог социального и общечеловеческого прогресса (Ricci, 2009: 7). Информация о научных открытиях стала все чаще покидать пределы академического сообщества, превращаясь во всеобщее достояние. Появилась и соответствующая аудитория, интересующаяся приме­нением этих открытий на практике, постоянно повышающая уро­вень своих знаний. Немалую роль в ее формировании сыграли и родившиеся в те годы первые научно-популярные журналы, напри­мер, такие заметные в будущем, как английский «Нэйчер» (Nature) (1869 г.), «Сайентифик Американ» (Scientific American) (1845 г.) и «Нэйшнл Джиогрэфик» (National Geographic) (1888 г.) в США, ставшие новым полюсом науки и ее популяризации. В Италии в это время появился журнал «Шиенца пер тутти» (Scienza per tutti «Наука для всех») (1877 г.), который будет выходить на протяжении 66 лет, став одним из долгожителей в секторе научно-популярных журналов в этой стране.

В XIX столетии продвижение науки приобрело масштабный ха­рактер, что привело к появлению специальных организаций. Пер­вой среди них стала Британская ассоциация содействия развитию науки (British association for advancement of science) (1831 г.), а за­тем по ее образцу была создана Американская ассоциация содей­ствия развитию науки (American association for advancement of science) (1848 г.) и схожие организации в других странах.

В XX в. вместе с общим увеличением тиражей печатных СМИ и стремительным развитием науки и техники распространились и научно-популярные издания. Со временем они прочно укорени­лись в европейской системе СМИ и стали заметной его частью. Вместе с этим сформировалось сообщество журналистов и ученых, занятых в этой сфере.

Эволюция научно-популярных журналов в Италии

Традиции популяризации науки в Италии уходят в глубь веков. Сочинения ряда древнеримских авторов, например Лукреция («О при­роде») и Колумеллы («О сельском хозяйстве»), имели научный ха­рактер и были направлены на объяснение природных явлений. Однако первые попытки изложить научные проблемы именно ши­рокой аудитории были предприняты лишь в начале XVII в. Галилео Галилеем. Среди его работ такого рода наибольшую известность приобрели сочинения «Звездный вестник» (1610) и «Диалог о двух главнейших системах мира — птолемеевой и коперниковой» (1632). Отметим, что в XVI—XVII вв. в Италии появились первые центры распространения научных знаний и культуры: Академия Секреторум Натурай (1560) в Неаполе, Национальная академия деи Линчеи (1603) в Риме, выполняющая роль итальянской академии наук и по сей день, и Академия дель Чименто (1657) во Флоренции (Soares de Veras Junior, 2005: 98). Как и подобные общества в дру­гих странах, итальянские академии официально, посредством ста­тутов, декларировали популяризацию науки в качестве одной из основных своих целей.

Параллельно с развитием и институализацией науки в XVII в. в Италии закладывались основы печатной прессы. «В ходе этого процесса начали вырисовываться контуры различных типов изда­ний: газет, ведущих начало от многообразных листков новостей, и журналов литературно-научного характера, восходящих к фран­цузскому «Журналь де саван» (Les Journal des scavants)» (Урина, 2010: 168). В этом издании публиковали свои труды, в частно­сти, ученые и врачи — члены французской Королевской академии наук. Секретарь Академии Бернар ле Бувье де Фонтанель, автор книги «Беседы о множественности миров» (Entretiens sur la pluralite des mondes), считается основоположником популяризации науки во Франции; в своих работах он использовал «яркие и точные вы­разительные средства, выходившие за рамки нарочито интеллек- туализированного и зачастую абстрактного языка того времени» (Apollonio, 2002: 12). Для Фонтанелля популяризовать науку означало «перерабатывать материал так, чтобы он был не очень сложным для профанов и не слишком поверхностным для ученых» (ibid: 12).

В эпоху Просвещения ведущими центрами нового философ­ского движения в Италии стали Милан, Венеция и Неаполь. Основ­ные дискуссии разворачивались в научных и литературных журна­лах, среди которых выделяются «Джорнале дейлеттерати» («Giomale dei letterati», 1710 г.), «Фруста леттерария» («Frusta letteraria», 1763 г.) и «Иль Каффе» («II Caffe», 1764 г.). Издания были вдохновлены журналистскими образцами Франции и Англии [Урина, 2010, с. 169]. Не осталась Италия в стороне и от «энциклопедического» движения. Так, знаменитая «Циклопедия» Э. Чемберза вышла на итальянском языке в 1749 г. в Венеции, а еще раньше в 1701—1707 гг. франци­сканский монах Винценцо Коронелли предпринял попытку соз­дать оригинальную итальянскую энциклопедию под названием «Библиотека Универсале Сакро-Профана» («Biblioteca Universale Sacro-Profana»), которая должна была стать одной из первых непе­реводных европейских энциклопедий с алфавитной классифика­цией [Fuchs, 1991, р. 214]. Однако из 45 томов издания свет увидели лишь 7.

Одним из первых периодических изданий, ориентированных на научную тематику, стал альманах «Библиотека физика д’Эуропа» (Biblioteca fisica d’Europa), впервые выпущенный в 1788 г. в Милане врачом, химиком и натуралистом Луиджи Валентино Бруньятел- ли. Издание ориентировалось на французские научные журналы той эпохи и стремилось познакомить итальянцев с наиболее замет­ными работами зарубежных ученых. Отметим, что французская — как и английская — популяризация оказала большое влияние на развитие этой сферы в Италии. Во-первых, это произошло из-за традиционной ориентации итальянской медиасистемы на образцы, сформировавшиеся у северных соседей. Во-вторых, научная комму­никация в Англии и Франции начала формироваться существенно раньше, чем в Италии, и к XVIII в. в этих странах уже был накоп­лен некоторый «популяризаторский» опыт, на который и смогли опереться итальянцы.

Интерес Бруньятелли к различным областям натурфилософии и его стремление продемонстрировать прогресс в естественных науках привели издателя к созданию еще одного периодического издания научно-популярной направленности, «Джорнале ди фи­зика, кимика э сториа натурале» (Giornale di fisica, chimica e storia naturale) в 1808 г. Просуществовав 10 лет, альманах пользовался большой для своего времени популярностью: тираж многих его выпусков достигал 500 копий.

В то же время интерес к популяризации науки стал пробуждаться и в южной Италии. Молодой врач и фабрикант Винченцо Коми из города Терамо в 1792 г. основал журнал «Коммерчо шиентифико д’Эуропа кон иль Реньо делле Дуэ Сичилиэ» (Commercio scientifico d’Europa con il Regno delle Due Sicilie), который стал выходить раз в два месяца. Как и издания Бруньятелли, южноитальянский жур­нал был обращен к образованной аудитории и рассказывал в отно­сительно доступной форме о текущих событиях и достижениях в различных научных дисциплинах.

По примеру журнала «Библиотека физика д’Эуропа» главным источником информации для издания Коми была переписка изда­теля со множеством европейских ученых, среди которых были Ан­туан Лавуазье, Эразм Дарвин и Луиджи Гальвани, члены Королев­ского общества и научных академий по всей Европе (Battifoglia, 2004: 3). В обоих журналах научные статьи и отчеты пересказы­вались упрощенным языком и снабжались комментариями. Так, наиболее интересные аспекты научных работ концентрировались и затем распространялись за пределами академической среды, обеспечивая ей коммуникацию с более широкими слоями образо­ванных людей, с учеными-любителями и с предпринимателями, которые участвовали в промышленной жизни страны и имели воз­можность применить передовые идеи ученых на практике. Однако аудитория была недостаточно широка для развития журнала и из- за финансовых трудностей, несмотря на все усилия Коми (специ­ально для «Коммерчо...» он даже открыл в Терамо типографию), издание было закрыто вскоре после основания, в 1793 г.

Другие научно-популярные журналы, выходившие на юге Ита­лии и на островах в конце XVIII и в начале XIX в., также имели не­долгую историю. В качестве примеров можно назвать «Ло Спеккьо делле Шиенце» (Lo Specchio delle Scienze), выходивший в Палермо (Сицилия) в 1814 г., и «Компилаторе делле коньицьони утили» (Compilatore delle cognizioni utili), издававшийся в Кальяри (Сар­диния) с 1835 по 1839 г.

Настоящий расцвет популяризации науки наступил в Италии после объединения страны в 1861 г. По сути, именно в это время оформляется понятие популяризации науки в привычном для нас виде. До конца XIX в. на рынке появилось 28 новых журналов, по­священных ей. Это число составляет почти треть всех научно-по- пулярных журналов, выходивших в Италии на протяжении более чем двух веков. Кроме того, в течение трех десятилетий доля изда­ваемых научно-популярных изданий превышала тираж литературы любого другого жанра; это явление не имеет аналогов в истории Италии. Небывалый подъем научно-популярного сектора скорее всего объясняется активизацией самой науки. Множество открытий и новых теорий, стремительный технологический прогресс наряду с усилением идей позитивизма заставили общество по-новому взглянуть на науку, вызвав ранее невиданный интерес к изданиям этой направленности. Этот процесс шел на фоне общего роста пе­чати, которому способствовало обострение политической борьбы (известна особая политизированность итальянских СМИ), расши­рение электората, процесс урбанизации и улучшение коммуника­ций (Урина, 2010: 170).

Большую роль в научном подъеме сыграли и новые, а также мо­дифицированные старые механизмы координации работы и взаи­модействия ученых, появившиеся после объединения Италии. Пре­рванные в 1848 г. ежегодные Собрания итальянских ученых были возобновлены в 1862 г. В ходе заседания тогда было восстановлено Итальянское общество содействия прогрессу науки (Societa Italiana per il Progresso delle Scienze), призванное сделать Собрания регу­лярными и постоянными. В 1874 г. Национальная академия деи Линчеи приобрела особый статус, превратившись в Националь­ную королевскую академию деи Линчеи. В следующем году укре­пила свои позиции и Национальная академия наук («Академия Сорока», получившая такое название по количеству членов), пере­ехав из Модены в Рим. В этих организациях концентрировалась значительная часть государственного финансирования, нередко в убыток множеству небольших академий в регионах (Russo, Santoni, 2010: 347).

Хотя выше мы сказали о формировании полноценного сектора научно-популярных СМИ во второй половине XIX в., отметим, что этот процесс был довольно ограничен. Повсеместное распростране­ние научных знаний после объединения Италии было невозможно по ряду социально-исторических причин. Аграрная, истощенная войнами страна, с низким уровнем жизни, в социально-культур- ном плане явно отстававшая от других европейских стран (ibid.: 347), была просто не в состоянии уделять большое внимание просвещению. Это было сопряжено и с высоким уровнем негра­мотности: по данным на 1901 г., доля неграмотного населения со­ставляла почти 49% (Murialdi, 1996: 89). Тем не менее именно в это время тиражи научно-популярных журналов вышли на новый уровень, а аудитория, прежде состоявшая из узкого круга ученых и наиболее образованных буржуа, пополнилась представителями средней и мелкой буржуазии. Таким образом, несмотря на трудно­сти, к началу XX в. сектор научно-популярных изданий в Италии «встал на ноги», обретя свое место в национальной медиасистеме.

К этому времени наметилась и одна из существенных черт, свойственных популяризации науки в Италии. Хотя в самом начале ее истории многие журналы этой тематики появлялись на юге страны, во второй половине XIX в. центром научной коммуникации Италии определенно стал север, где выпускались 15 из появивших­ся в тот период альманахов; в центральной части Италии выходили девять научно-популярных журналов, а на юге — лишь четыре изда­ния. Такое распределение ввело научно-популярный сектор Ита­лии в русло, общее для системы СМИ этой страны, — исторически сложившейся несбалансированности между Севером и Югом.

Помимо упомянутого «долгожителя» итальянской популяриза­ции науки «Шиенца пер тутти» наиболее значительными журнала­ми, появившимися в 1860—1890-х гг., были «Ла Шиенца а дьечи чентезими» (La Scienza a died centesimi, «Наука за 10 чентезимо» 1864—1865 гг.), «Ла Шиенца ин фамилья» (La Scienza in famiglia, «Наука в семье» 1862 г.), «Кроникетта менсуале делле пью импор- танти модерне скоперте нелле шиенце натурали е ле лоро аппли- кацьони» (Cronichetta mensuale delle piit importanti modern scoperte nelle scienze naturali e le loro applicazioni, «Ежемесячная хроника самых значительных современных открытий в естественных науках и их применения» 1867—1884 гг.), «Ривиста шиентифико-индустриа- ле» (Rivista scientifico-industriale, «Научно-промышленный жур­нал» 1869—1909 гг.) и «Иль Прогрессо» (II Progresso 1873—1902 гг.). 

Некоторые из них, например «Ривиста шиентифико-индустриа- ле» и «Иль Прогрессо», сосредоточили основное внимание на при­менении научных результатов в промышленности и стремились держать читателей в курсе последних событий в этой сфере, пуб­ликуя большое количество новостных заметок, часто переводных (Battifoglia, 2004: 4). Наукоемкие нововведения в это время появлялись с невиданной прежде скоростью. Внедрение паровых машин и электричества в промышленность и быт, изобретение принципиально новых средств связи и транспорта кардинально изменило мир.

Грандиозные сдвиги в начале XX в. происходили и в самой науке. Зарождение квантовой теории, исследований в области термоди­намики и генетики и другие революционные научные шаги не только перевернули представление людей о мире, но и укрепили интерес к науке и веру в нее. Этот процесс шел параллельно с уве­личением тиражей СМИ и повышением уровня грамотности, и, вероятно, поэтому в начале XX в. научно-популярный сектор вы­шел на поистине массовый уровень. По мнению некоторых иссле­дователей, в этот период научное сообщество в Италии играло самую активную социальную и культурную роль за всю свою исто­рию (Russo, Santoni, 2010: 366).

Подъем в начале столетия был прерван Первой мировой войной. Из итальянских научно-популярных изданий наиболее безболез­ненно этот тяжелый период пережил журнал «Шиенца пер тутти». Восстановление сектора произошло в 1920-х гг. Пришедшие к власти фашисты поддерживали науку как одну из форм культуры, цен­ность которой постулировалась в новой идеологии; огромную роль при этом играл пропагандистский фактор. Этот процесс шел на фоне укрепления науки и в других странах. Именно в 1920-е гг. вопрос о распределении общественных средств на нужды научного сообщества был поднят на международном уровне. В начале деся­тилетия был основан Международный научный совет, призванный координировать работу Национальных Советов в Европе. В ре­зультате всплеска внимания к науке и в Италии появился ряд но­вых изданий, среди них: в 1924 г. — «Шиенца э тэкника пратика» (Scienza е tecnica pratica, «Прикладная наука и техника»), в 1928 г. — «Натура» (Natura, «Природа»), спустя год — «Шиенца э вита» (Scienza е vita, «Наука и жизнь»), в 1934 г. — «Мондо д’оджи» (Mondo d’oggi, «Мир сегодня»), в 1937 г. — «Сапере» (Sapere, «Зна­ние») и «Иль Джорнале делле Меравилье» (II giomale delle Meravig- Ие, «Журнал чудес»), через год — «Индженьи э кондженьи» (Ingegni е congegni, «Механизмы и устройства»).

Очевидно, что Вторая мировая война была периодом больших лишений для итальянского общества, что не могло не отразиться на судьбе науки и ее популяризации. Многие издания (например, «Индженьи э кондженьи», «Шиенца пер тутти», «Ривиста дель фреддо») были закрыты на время войны, и, как стало понятно поз­же, часть из них — уже навсегда. Однако период войны был отмечен рождением «большой науки»: появлялись сложные и амбициозные исследовательские проекты, которые требовали значительного финансирования, а также международного сотрудничества. Про­цесс глубокой трансформации науки, происходивший в 1940-х и 1950-х гг., не сразу нашел отражение в Италии (Capecchi, Livolsi, 1971: 190). Более того, в послевоенные годы из-за тяжелой эко­номической ситуации в стране наука находилась в тяжелом поло­жении: за пять лет, прошедшие с окончания войны, фонды Нацио­нального научного совета были урезаны в пять раз по сравнению с суммами, выделенными в 1939 г. Многие ученые (в их числе — будущие Нобелевские лауреаты Энрико Ферми и Эмилио Сегре) эмигрировали из страны до и во время войны. На распутье находи­лась и вся итальянская система науки: британская и французская модели, на которые она ориентировалась, сами оказались несколь­ко в стороне от стремительно менявшегося устройства научного мира. «Большая наука» требовала грандиозных человеческих ресурсов и бюджетов (Russo, Santoni, 2010: 415).

Тем не менее популяризация науки после войны переживала плодотворный этап. Вновь сыграло свою роль соединение двух факторов: активизация интереса к науке и общий подъем прессы (за один только 1945 г. в Италии появилось 101 новое издание (Fomo, 2012: 146)). За несколько лет родилась целая плеяда научно-популярных журналов. В 1946 г. стали издаваться «Шиенца пополаре» (Scienza popolare, «Популярная наука»), «Натура э вита» (Natura е vita, «Природа и жизнь»), «Историа натуралис» (Istoria naturalis) и «Шиенца э лаворо» (Scienza е lavoro, «Наука и труд»),

Спустя три года появились «Селеционе шиентифика» (Selezione scientiflca, «Научный отбор»), «Шиенца э мекканика пополаре» (Scienza е meccanica popolare, «Популярная механика и наука»), возрожденный журнал «Шиенца э вита» (Scienza е vita), «Шиенца иллюстрата» (Scienza illustrata, «Иллюстрированная наука») и «Л’иллюстрационе шиентифика» (L’illustrazione scientifica, «Науч­ное освещение»),

В общей сложности только треть этих журналов просущество­вала больше десяти лет. Возможно, это вызвано тем, что появление «новичков» совпало не только с послевоенным временем, но и с переходным, даже переломным, этапом в развитии науки и ее по­пуляризации, и не все из них смогли освоиться в новых условиях.

Речь идет в первую очередь о глобальных преобразованиях в науке, ее экономических механизмах и восприятии ее обществом. Наука, значительно развиваясь в прикладном аспекте, попадала под все большее воздействие государства, если не монополизиро­валась им (достаточно вспомнить судьбу науки в СССР), а ученый оказался «зажат» сначала в жесткие идеологические, а позднее, во второй половине века, — в экономические рамки.

Вслед за наукой во власти новых тенденций оказались и научно-популярные журналы. Основная идея популяризации, усто­явшаяся в эпоху Просвещения, заключалась в пропаганде знаний для повышения общего культурного уровня и во имя общечелове­ческого прогресса в целом, а доходы издания получали непосред­ственно от распространения номеров. Как отмечают итальянские медиаисследователи, фундаментом простой экономической схе­мы, действовавшей ранее, были «основанные на доверии отноше­ния между издателями, редакциями и читателями — отношения прозрачные и свободные от внешнего давления, при которых ре­клама имела сравнительно небольшое значение и не оказывала влияния на редакционную политику» (Saltari, 2009: 24). С конца 1960-х гг., когда в самой науке все больше начали обозначаться черты бизнеса, экономическая модель научно-популярных журна­лов изменилась коренным образом. Реклама стала ключевым эле­ментом, небольшие рекламные площади сменились целыми стра­ницами и разворотами. Внимание издателей переместилось от интересов науки как определяющей «идеологической» черты к ин­тересам коммерческим (Ibid: 24).

Серьезно изменился и сам механизм издания научных и на- учно-популярных журналов. Если раньше ключевую роль в нем играли научные академии и ассоциации, то теперь им на смену пришли коммерческие издательства, что повлекло за собой не только преобразование научно-популярного сектора, но и резкий скачок цен на журналы (Valente, 2002: 28).

В 1960-е гг. наука переживала очередной взлет. Итальянцы вы­рвались вперед благодаря успехам не только отдельных ученых, но и целых организаций. Национальный институт ядерной физики, Высший институт здравоохранения, Национальный комитет по ядерной энергии, Международная лаборатория генетики и биофи­зики вышли в мировую «высшую лигу» научных организаций. Крупные компании (Оливетти, Монтекатини, ЭНИ) в этот период завязали плодотворное сотрудничество с академическим миром. Хотя финансирование науки оставалось небольшим (по сравне­нию с аналогичными расходами в сверхдержавах и даже в таких странах, как Франция и Великобритания), в период «экономиче­ского чуда» она вышла на новый уровень развития.

Огромный интерес к науке в этот период отразился в прессе «общего интереса», обычно уделявшей научной тематике не так много внимания. С начала 1960-х гг. крупнейшие ежедневные га­зеты — «Коррьере делла Сера» (Corriere della Sera), «Иль Джорно» (II Giorno), «Ла Стампа» (La Stampa) — решили посвящать ново­стям науки и близких к ней областей (экологии, энергетики, меди­цины и т.д.) целую полосу еженедельно. Их примеру последовали в дальнейшем и другие весомые издания: «Мессаджеро» (II Mes- saggero), «Темпо» (II Tempo), «Джорнале» (II Giomale), «Репубблика» (La Repubblica), «Маттино» (II Mattino) и другие; в газете «Унита» (L’Unita) объем научного раздела достигал шести страниц. Очень часто новости науки удостаивались первой полосы, а также зани­мали существенное место в различных рубриках: экономической, общественно-политической, международной и прочих. В газетах появились и отдельные «научные» вкладки и приложения. Актив­ное участие в создании материалов принимали именитые ученые (в том числе Нобелевские лауреаты), работавшие в различных дис­циплинах. Их академический авторитет и компетентность помогали заинтересовывать все более широкие круги читателей (Apollonio, 2002: 107).

Феномен популяризации науки в ежедневной прессе имел зна­чение не только в социально-культурной плоскости, как процесс внедрения научных знаний в итальянскую повседневность. Он оказал влияние и на саму науку.

Джанкарло Мазини, один из пионеров научной журналистики в Италии, основатель и президент Союза научных журналистов Италии, пишет: «Первые полосы “Коррьере делла Сера”, посвя­щенные науке, быстро превратились в завидный форум научной культуры для всех. На этих страницах (впервые в истории нашей страны!) прочно обосновалась “беседа” между квалифицирован­ными представителями научного сообщества и читательской ауди­торией» (Jacobelli, 1997: 126).

Сектор научно-популярных журналов в 1960-х годах, естествен­но, также переживал внушительный подъем. Возобновился выход журнала «Сапере» (Sapere) (1967 г.), появилась итальянская версия американского «Сайентифик Американ» — «Ле Шиенце» (Le Scien- ze, «Науки»), которая впоследствии станет одним из наиболее из­вестных и авторитетных научно-популярных изданий в Италии.

С наступлением эпохи телевидения печатные СМИ, не желая уходить на второй план, стали стремительно искать новые методы и идеи, которые помогли бы им в конкурентной борьбе за аудито­рию. В частности, изменялся язык печати, стало разнообразнее ее тематическое наполнение; пресса «общего интереса» в освещении новостей стремилась охватить нюансы, которые телевидение в силу своей специфики упускало из виду (Forno, 2012: 169). На этом фоне новыми красками заиграли еженедельные и специализиро­ванные журналы, предлагавшие читателям информацию на самые разнообразные темы. Новым периодом расцвета научно-популяр- ных журналов стал конец 1970-х — начало 1980-х гг., когда появи­лись такие издания, как «Омни» (Omni) (1978 г.), возрожденное «Шиенца э вита» (Scienza е vita), получившее название «Шиенца э вита нуова» (Scienza е vita nuova, «Новая наука и жизнь») (1979 г.), «Л’Астрономиа» (L’astronomia) (1979 г.), возрожденное в 1980 г. «Ла шиенца ин фамилья» (La scienza in famiglia), «Аироне» (Airone, «Цапля») (1981 г.), «Шиенца’82» (Scienza’82) (появившись в 1982 г., в дальнейшем журнал каждый год менял название: «Шиенца’83, 84, 85» и так далее, вплоть до утверждения окончательного вариан­та «Шиенца 2000» в начале нового тысячелетия).

В столь «золотой» для популяризации науки период в Италии появились 13 журналов. Эта тенденция была усилена законом об издательском деле, который обеспечил финансовую поддержку сектору периодики. В период экономического процветания науч­ную журналистику активно поддерживали компании, работавшие в сфере науки и технологий. Этот процесс влиял на редакционную политику журналов и стал частью описанной выше смены эконо­мической модели научно-популярных изданий.

Вторая половина 1980-х гг. характеризуется очередным спадом количества научно-популярных журналов. Одной из его причин, вероятно, стало интенсивное развитие телевидения, окончательно превратившегося в главный источник информации для итальян­цев и потеснивший печатные СМИ. Кстати, в новой реальности популяризация науки быстро нашла свое место. Появился ряд теле­передач («Суперкварк» (Superquark), «Гайя» (Gaia), «Улисс» (Ulisse), «Маккина дель Темпо» (Macchina del tempo)), а одна из них, «Кварк» (Quark), и вовсе стала своего рода рекордсменом, еженедельно со­бирая у экранов до 7—8 миллионов зрителей.

1990-е гг. были отмечены появлением ряда новых изданий, са­мыми заметными из которых стали «Фокус» (Focus) (1992 г.), «Нью­тон» (Newton) (1997 г.) и «Нейшнл Джиогрэфик Италия» (National Geographic Italia) (1998 г.).

Многие из «новичков» (например, два из трех упомянутых жур­налов) — детища крупных зарубежных медиаконцернов. Вероятно, именно с приходом аналогов иностранных изданий на итальян­ский рынок связана тенденция унификации контента и способов подачи информации, столь заметная в сегодняшних научно- популярных журналах. При этом, судя по стабильному успеху, ко­торым пользуются эти издания на протяжении более чем двух де­сятилетий, удачно выработанная и «испытанная» в других странах модель научно-популярного журнала нашла признание и у италь­янских читателей. Однако не исключено, что такой успех стал воз­можен отчасти и из-за отсутствия сильных «итальянских» жур­налов-конкурентов в этом секторе. В любом случае успех новых изданий стал «значительным событием для страдающего от удушья издательского бизнеса Италии» (Agostini, 2012: 121). Так, первый номер итальянской версии «Нейшнл Джиогрэфик» был распродан тиражом 300 тыс. экземпляров.

Начало нового тысячелетия охарактеризовалось появлением плеяды научно-популярных журналов, являющихся своего рода бумажными аналогами одноименных телепередач («Маккина дель Темпо» (Macchina del Tempo), «Кварк» (Quark), «Эксплора» (Explora)). Большинство из них просуществовали недолго: выбранная издате­лями стратегия «переноса» успешных телепроектов на страницы журналов не нашла отклика у читателей и, что, возможно, еще важнее в современных условиях, у рекламодателей. Таким обра­зом, и этим журналам не удалось избежать феномена краткосроч­ности, который всегда сопровождал научно-популярную периодику Италии.

Оценить современное положение научно-популярных изданий на итальянском журнальном рынке нам поможет сравнение показа­телей распространения журналов различной тематики. По данным исследования «Оценка распространения печати» (Accertamento Diffusione Stampa), проведенного Центром изучения социальных инвестиций (Centro Studi Investimenti Sociali), в 2007—2009 гг. рост демонстрировали журналы немногих тематик: кулинарные (+5,9%), информационно-аналитические (+3,8%) и, больше всего, мужские (+51,5%) и специализированные (+29,6%) издания. В остальных слу­чаях среди наиболее распространенных изданий больше всего сни­зилось число экземпляров женских (-10%), автомобильных (-5,1%), архитектурных и дизайнерских (-9,6%), туристических (-12,0%) и, наконец, научно-популярных (-11,8) изданий1. Таким образом, в аспекте динамики (а точнее, регресса) распространения инте­ресующий нас сектор разделяет судьбу остальных ежемесячных журналов.

Что касается доли рынка периодики, занимаемой научно-попу- лярными (вкупе с экологическими) журналами, то она составляет 6%. Цифра на первый взгляд не очень большая, однако, возможно, из-за высокой степени тематической дифференциации журналь­ной периодики, с таким показателем научно-популярные журналы оказываются на шестом месте из 21 возможного, пропуская вперед автомобильные (17,9%), женские (15,4%), архитектурные (10,9%), кулинарные (7,2%) и туристические (6,2%) издания (последние, заметим, часто тесно примыкают к исследуемым журналам).

Интересно, что хотя научно-популярный сегмент составляет не самую заметную долю в системе печатных СМИ Италии в целом, один из его представителей — «Фокус» — в 2000-х стабильно зани­мал и продолжает занимать одно из ведущих мест по распростра­нению среди всех ежемесячных журналов. Несмотря на трудное положение, в котором находится итальянская наука на исходе пер­вого десятилетия XXI в. (Catteneo, Corbellini, 2011: 20), интерес к научному знанию со стороны итальянского общества сохраняется.

Подведем некоторые итоги. Корни популяризации науки в Ита­лии уходят в глубь веков, однако, как и в других странах Европы, в качестве отдельного жанра литературы, а позже — журналистики, она стала формироваться в XVII—XVIII вв. Это время ознаменова­лось появлением энциклопедий, развитием альманахов, укрепле­нием литературно-научных журналов.

Как об устойчивом и массовом явлении научно-популярные журналы в Италии заявили о себе лишь во второй половине XIX в. Этот подъем был связан с активной издательской деятельностью, развернувшейся после объединения страны в 1861 г. Именно тогда произошло становление сектора научно-популярных изданий и он обрел свое место в итальянской медиасистеме.

К тому времени оформилась одна из главных особенностей по­пуляризации науки в Италии: центр научный коммуникации отчет­ливо сместился на север полуострова. Эта черта роднит популяриза­цию науки со всей системой массовой информации в этой стране, которой исторически свойственна несбалансированность между Севером и Югом. Кроме того, как и медиасистема Италии в целом, научно-популярные издания развивались под сильным влиянием зарубежных образцов, прежде всего английских и французских.

В XX в. сегмент научно-популярных журналов окончательно сформировался как часть итальянской системы массмедиа и, раз­виваясь вместе с ней, отражает ее основные тенденции, такие, как рост и падение тиражей в определенные периоды или коммерциа­лизацию и конвергенцию СМИ. В то же время судьба популяриза­ции научного знания резонирует с эволюцией науки, откликаясь на изменения особенностей ее функционирования и роли, которую эта сфера играет в те или иные периоды истории.

К концу первой декады XXI в. научно-популярные журналы, несмотря на падение тиражей, характерное для всей периодики, сохраняют довольно высокие позиции в «рейтинге» тематических сегментов рынка печати. Впрочем, и сегодня отличительной чертой сферы научно-популярных журналов в Италии остается неустой­чивость развития.

Примечания 

La Stampa in Italia 2008—2010 (2010) Roma. P. 31.

Библиография

Панков А.В. Популяризация науки в периодической печати (на мате­риале литературно-общественных журналов): автореф. дис. ... канд. филол. наук. М., 1973.

Парафонова В.А. Типология научно-популярных журналов. М., 2008.

Урина Н.В. Итальянская газета: от рукописной до онлайновой // Че­тыре века газеты. Будет ли пятый? М., 2010.

Agostini A. (2012) Giornalismi: Media е giornalisti in Italia. Bologna. (In Italian)

Apollonio U. (2002) Scienza e ricerca: conquiste, slide e dilemmi. Catanzaro. (In Italian)

Battifoglia E. (2004) Modalit di comunicazione divulgativa nelle riviste italiane di scienza popolare (1788—2002). Roma. (In Italian)

Capecchi V., Livolsi M. (1971) La stampa quotidiana in Italia. Milano. (In Italian)

Cattaneo E., Corbellini G. (2011) Science under politics. An Italian nightmare. EMBO reports 1 (12).

Forno M. (2012) Informazione e potere: storia del giornalismo italiano. Bari. (In Italian)

Fuchs J.L. (1991) Nationality and Knowledge in Eighteenth-Century Italy. Studies in Eighteenth-Century Culture 21.

Jacobelli J. (a cura di) (1997) Scienza e informazione: un difficile equilibrio. Roma. (In Italian)

Muerza A.F. (2004) Estudio del periodismo de information cientilica en la prensa de referenda: el caso espanol a partir de un alalisis comparativo. Donostia. (In Italian)

Murialdi P. (1996) Storia del giornalismo italiano. Bologna. (In Italian)

Ricci A. (2009) L’economia della divulgazione scientilica: il caso di «Darwin». Roma. (In Italian)

Russo L., Santoni E. (2010) Ingegni minuti. Una storia della scienza in Italia. Milano. (In Italian)

Soares de Veras Junior J. (2005) Da informagao ao conhecimiento: о jornalismo cientilico na contemporaneidade. Natal. (In Italian)

Valente A. (a cura di) (2002) Trasmissione d’elite о accesso alle conoscenze. Milano. (In Italian)


Поступила в редакцию 07.07.2013




Библиография: