"Пти Журналь" как тип массовой газеты во Франции во второй половине XIX века (начало)

Скачать статью
Захарова М.В.

соискатель кафедры зарубежной журналистики и литературы факультета журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова, г. Москва, Россия

e-mail: milana.z@mail.ru

Раздел: Зарубежная журналистика

«Пти журналь» была первой высокотиражной массовой газетой во Франции, которая совершила настоящую революцию в системе французской печати второй половины ХIХ века. В статье рассматриваются основные характеристики газеты, специфика завоевания рынка и читателя. Особое внимание уделяется личности создателя газеты Моиза-Полидора Мийо, коммерсанта и издателя.

Ключевые слова: Petit Journal, popular newspaper, editorial concept, distribution system, Moïse Polydore Millaud

Влияние “Пти журналь” (Le Petit Journal, “Маленькая газета”), вышедшей в 1863 г., на дальнейшую судьбу ежедневных изданий трудно переоценить, так как она совершила кардинальный пере­ворот в мире французской прессы. До нее газета была предметом культуры, распространяемым по подписке, который предназначал­ся финансовой, политической и культурной элите. Ее содержание, язык и цена исключали чтение газеты новым социальным клас­сом, который только получил грамотность. Моиз-Полидор Мийо выпустил совершенно новый продукт: изменилось содержание га­зеты, ее форма, ее цена, ее читательская аудитория, система ее рас­пространения и продвижения. Под ее влиянием обновление пре­терпела вся ежедневная пресса.

“Пти журналь”, первая высокотиражная массовая газета во Франции, занимает видное место в истории зарубежной печати, но первым годам жизни издания, как и фигуре ее основателя и за­рубежными, и российскими исследователями уделялось не так много внимания. В то же время перипетии жизненного пути, ста­новление Мийо-издателя и особенности триумфального покоре­ния рынка его любимым творением “Пти журналь” заслуживают особого внимания. Эта история позволит лучше понять феномен французской массовой газеты, благодаря которой национальная пресса страны была одной из самых сильных в мире и самой силь­ной в Европе накануне Первой мировой войны1.

Становление Моиза-Полидора Мийо, коммерсанта и издателя

Моиз-Полидор Мийо, финансист, коммерсант и издатель, ро­дился в Бордо 27 августа 1813 г. Еврей, скромного происхождения (его отец и мать были мелкими лавочниками), Мийо учился недолго и рано начал трудиться. Он пробует себя в разных сферах — работает клерком в адвокатской конторе, в банке, в книжном ма­газине. Первым шагом в издательском деле становится выпуск коммерческого листка “Лютен” (Le Lutin, “Домовой”) в 1833 г.

В 1836 г. молодой человек приезжает в Париж, где создает не­сколько газет. Первый номер “Гланер” (Glaneur, “Охотник за ново­стями”), выходившей в воскресенье и в среду, появляется 5 июня 1836 г. Она публикует программы театральных постановок, крити­ческие статьи, обзоры и т.п., словом, информацию, связанную с театральной жизнью столицы. Она стала первой газетой, которая продавалась в розницу у входа в театры. Очевидно, что изданию, претендующему на роль театральной хроники, чтобы оставаться актуальным и востребованным, было недостаточно появляться два раза в неделю. И 8 сентября публике предлагается “Гамен де пари” (Gamin de Paris, “Парижский озорник”), которая тоже выходит два раза в неделю, но в другие дни. По сути, это брат-близнец “Гла­нер”. Велика вероятность того, что и третья театральная газета этих лет, “Эндискре” (Indiscret, “Болтун”), также принадлежала Мийо и составляла одну команду с “Гланер” и “Гамен де пари”. Больших денег у Мийо тогда еще не водилось, он не мог открыть ежедневную газету, так как залог, необходимый для ее издания, был весьма значительным, поэтому он создает три газеты, что по­зволяет охватить всю неделю.

Период Июльской монархии (1830—1848 гг.) был временем правления Луи-Филиппа, короля биржевиков. Это были годы не­бывалого роста акционерных компаний и биржевых спекуляций. В конце 1840-х гг. четыре самых крупных французских банкирских дома обладали капиталом 2,5 млрд фр., что на 1 млрд фр. меньше, чем было во всей казне Франции (Манфред, 1973: 228). В стране господствовала финансовая аристократия — банкиры, крупные биржевики, железнодорожные короли, крупные землевладельцы, владельцы угольных копий, рудников, лесов. Мийо включается во всеобщую финансовую лихорадку. Свой первоначальный капи­тал он добывает, принимая участие в сомнительных операциях, однако вскоре становится серьезным дельцом, создает банк и на­чинает заниматься коммерцией.

Во Франции, все еще преимущественно аграрной, начинается промышленная революция, индустриализация страны идет высо­кими темпами (рост до 5% в год), развивается транспортная ин­фраструктура. В то же время это были годы очередной волны ре­прессий по отношению к печати, когда издание газеты было не только дорогостоящим, но и рискованным предприятием. Поли­тика Луи-Филиппа в области печати не отличалась от политики его предшественников. Экономические рычаги воздействия на прессу (залог, налоги) и меры политического характера (предвари­тельное разрешение, штрафы, тюремное заключение) были даже ужесточены с помощью “сентябрьских законов” 1835 г. К примеру, более суровым стало наказание за всякое “покушение на безопас­ность государства” (оскорбление короля, осуждение актов прави­тельства, покушение на принцип или форму правления и прочее) (Новомбергский, 2001: 242).

Мийо подходил к изданию газеты как коммерсант, со свой­ственной ему осмотрительностью и прозорливостью. Политика волновала его лишь в той мере, в которой она влияла на экономи­ку страны. В отличие от большинства “собратьев” по газетному делу, он не считал своей задачей борьбу за или против существую­щей власти, его интересовала совсем иная тематика, но, прежде всего, его интересовала прибыль.

Прекрасно характеризует это качество Мийо следующий до­вольно-таки курьезный эпизод. Если у Жирардена каждый день рождалась новая идея, то Мийо каждый день придумывал новую газету. Одна из его так и не осуществленных идей — “Журнальлист” (Journal-Liste, “Газета-список”). Он мечтал издавать газету вообще без редакции и журналистов, в которой был бы напечатан список имен, взятых наугад. Мийо полагал, что для огромного ко­личества людей увидеть свое имя напечатанным — предел мечта­ний. Соответственно, многие покупали бы издание лишь для того, чтобы узнать, не напечатано ли там их имя. Как свидетельствует М. Дрейфус, Мийо постоянно возвращался к этой идее и до конца своих дней сожалел, что так ее и не реализовал (Dreyfous, 1912: 137—138).

В конце июня 1838 г. появляется новая еженедельная газета “Негосьятер” (Negociateur, “Посредник”), одно из первых изда­ний, полностью посвященных финансам, коммерческому делу и торговле. Целью этой “всеобщей газеты промышленных и ком­мерческих знаний” было просвещение аудитории по широкому кругу вопросов в сфере торгово-экономической деятельности, а также привлечение клиентов в предприятия Мийо. Когда он полу­чает разрешение на строительство железнодорожной линии в Вер­саль, “Негосьятер”, “бдительный страж интересов капиталистов”, сообщает об этом событии и пишет, что Мийо не собирается соз­давать акционерное общество. Спустя некоторое время компания выпускает акции. Они раскупаются молниеносно. Мийо исполня­ется 25 лет.

Первые газеты Мийо существовали недолго, год-два. Они были своеобразным испытательным полигоном, где он оттачивал свои талант и мастерство.

Первый настоящий успех в газетном деле ждал его в юридиче­ской прессе. “Одьянс” (L’Audience, “Судебное заседание”), “един­ственная судебная газета, выходящая в понедельник”2, появляется 6 мая 1839 г. Она изменила формулу этого типа периодических из­даний. Сухому изложению фактов о судебных процессах в стиле, принятом у основных конкурентов “Друа” (Droit, “Право”) и “Га­зет де трибюно” (Gazette des Tribunaux, “Судебная газета”), “Одьянс” сумела придать оригинальность и динамизм. Стоимость подписки была снижена до 20 фр.; своим подписчикам газета пред­лагала бесплатные юридические консультации, а также романы — описания известных судебных процессов (правда, вместо обещан­ных книг подписчики ежегодно получали двенадцать скромных шестнадцатистраничных сборников). Она сумела привлечь новых читателей — теперь это были не только юристы и законники, но и люди, читающие рубрику “происшествия” (фр. faits divers). В этой газете начинает свою карьеру Лео Леспес, который станет в даль­нейшем знаменитым хроникером “Пти журналь” с псевдонимом Тимоте Тримм. “Одьянс”, будучи серьезным и солидным изданием (в отчетах о событиях в зале суда редакция строго придерживалась изложения фактов), позволяла своей фантазии взять верх только в литературной части и в рекламе. Уделяя собственному продвиже­нию много внимания, газета не стеснялась в средствах, используя приемы ярмарочного балагана. Яркая, “зазывающая” реклама, сенсации, розыгрыши и шутки позволяли подогревать интерес не­искушенной публики. Ту же цель преследовали романы с продол­жением и рубрика “варьете”. Какие только заголовки не придумывал Мийо! Некоторые из них стали знаменитыми: “Доходы Эшафота”, “Биография ножа Гильотины”, “Зеленые глаза морга”, “Впечатле­ния гроба”, “Проделки мертвого тела”. В своих многочисленных, но не всегда выполнявшихся обещаниях “Одьянс” доходила даже до того, что обещала своим читателям полный отчет о судебном процессе над Иисусом Христом. Уже в этом издании просматрива­ются черты будущих таблоидов. Газета продержалась на рынке шесть лет, она выходила с 1839 по 1845 г.

В эти годы Мийо принимал участие в издании еще двух газет: еженедельной “Газет де ля женес” (Gazette de la Jeunesse, “Моло­дежная газета”), “единственной газете, написанной для молодых людей обоих полов, которая выходит в воскресенье” и ежемесяч­ной “Журналь де фамий” (Journal des Familles, “Семейная газета”). Первая просуществовала до 1845 г., вторая — до 1847 г.

Переломным стал для Мийо 1848 г., год революции и экономи­ческого кризиса, когда застопорилась торговля. После февраль­ской революции 1848 г. в течение нескольких месяцев печать стра­ны познала настоящую свободу, только в Париже появилось около 300 новых названий. Многие из них продавались по 5 сантимов (Albert, 1993: 43). После восстановления законодательных ограни­чений (налоги и пр.) в июне 1848 г. одни газеты закрылись, другие были вынуждены увеличить стоимость номера. Одному из таких изданий “Либерте” (Liberte, “Свобода”), созданному и управляемо­му Арманом Дютаком, которого называли “Наполеоном прессы”, Мийо оказал финансовую поддержку. Эта газета интересна не только тем, что была одной из первых французских газет за 1 су, но и тем, что за небольшой период она сумела достичь тиража более 100 тыс. экз. (Cristophe, 2004: 84). Однако просуществовала она недолго, так как требовала больших затрат. Вероятно, именно в это время Мийо впервые начинает задумываться о дешевой газете для массового читателя.

Мийо начинает сотрудничать со своим земляком Леоном Миресом, который станет в дальнейшем одним из крупнейших финан­систов Франции. И один, и другой были еще далеки от сказочного богатства. Правда, за Мийо к этому времени уже успела закрепить­ся репутация человека, умевшего извлечь максимум прибыли при самом скромном начальном капитале. В октябре 1848 г. они поку­пают “Журналь де шмэн де фер” (Journal des Chemins de Fer, “Же­лезнодорожная газета”) и принимают участие в строительстве же­лезных дорог. Мирес основывает свое первое большое предприятие “Кес де шмэн де фер” (Caisse des Chemins de Fer, “Фонд железных дорог”), Мийо принимает участие проекте. Когда в 1853 г. Мийо покидает компанию, то получает дивидендов на сумму 3 млн фр.

В этом же 1848 г. они основали газету “Консейе дю пепль” (Le Coseiller du Peuple, ‘Советник народа”), управлять которой был приглашен Ламартин. Благодаря его огромной популярности, га­зета обогащает своих хозяев. Только за первые полгода она при­влекла 35 тыс. подписчиков. Через три года (такой срок жизни был у этого издания) Мийо зарабатывает с ее помощью около 1 млн фр. В 1850 г. ассоциация Мийо-Мирес приобретает газету “Пэи” (Pays, “Страна”) и делает ее проправительственной.

Издание поддерживало политику Луи-Наполеона, племянника Наполеона Бонапарта, избранного президентом республики в де­кабре 1848 г., который через три года совершил государственный переворот и объявил себя императором. Для Второй Империи (1852—1870 гг.), основанной на личной власти “императора всех французов”, несмотря на все недостатки авторитарного режима, был характерен колоссальный рост экономического благосостоя­ния страны. Растет уровень благосостояния населения, даже са­мые бедные слои имели небольшой “излишек”, который могли потратить на развлечения. В 1850—1860-е гг. Франция вступает в период самых высоких темпов роста экономики за весь ХК в. Полным ходом идет промышленная революция, страна покрыва­ется густой сетью железных дорог, наблюдается небывалый рост деловой активности. В эти годы под руководством барона Османна идет реконструкция Парижа, городу придается новый, современный облик, в столице проходят первые Всемирные выставки (1855 г., 1867 г.), начинается строительство Суэцкого канала (1859—1869 гг.).

Мийо и Мирес были слишком искусными финансистами, что­бы быть в оппозиции. Наполеон Третий их полностью устраивал. Они усвоили политику нового правителя: заставить забыть поте­рянную свободу небывалым экономическим процветанием. Мийо и Мирес становятся влиятельными людьми, но, в результате ссо­ры, их дороги расходятся навсегда.

Финансовые дела Мийо идут в гору, он быстро сколачивает со­стояние. В мае 1856 г. он покупает газету “Док” (Le Dock, “Док”) и переименовывает ее в “Журналь дез аксьонер” (Journal des Actionnaires, “Акционерная газета”). Это новая “Негосьятер”, более могу­щественная и лучше оснащенная. Она, как и ее предшественница, оказывала серьезную помощь во всех его делах. В декабре 1856 г. банкир выкупает 40% акций “Пресс” у Э. де Жирардена, не задумы­ваясь заплатив 800 тыс. фр. Правда, через три года он был вынуж­ден от нее отказаться, не найдя взаимопонимания с редакцией.

В отличие от большинства собратьев по газетному делу, Мийо был издателем-коммерсантом, а не издателем-журналистом. Его де­ловые интересы распространялись на разные сферы: биржевые опе­рации, торговля, недвижимость, строительство, страхование, желез­нодорожные компании и прочее. Этот неугомонный человек не умел, как отмечали его современники, и минуты провести спокойно.

В 1855 г. Мийо-миллион3, как его стали называть, покупает особняк Фраскати на углу бульвара Монмартр и улицы Ришелье (от­сюда он позднее начнет свою битву за “Пти журналь”) и становится собственником небольшой гостиницы на улице Сен-Жорж, 51. Последняя была знаменита приемами, которые устраивал владе­лец для членов правительства, представителей делового мира, ин­теллектуальной элиты и журналистов. Славящаяся своим оформ­лением, она стала воплощением мечты провинциала-нувориша: золото и позолота, велюр, кожа, вычурная мебель должны были показать и подтвердить его богатство и положение. Про этот отель ходило множество анекдотов. К примеру, такой. Посетитель в те­чение четверти часа непрерывно звонил в колокольчик у входа в гостиницу. Наконец дверь открыл слуга. Посетитель спросил: “Консьержа у вас нет?”. Ему ответили: “Месье, он позолочен”.

Но экономический кризис 1857—1858 гг., подорвав экономику Франции, практически разорил Мийо. Во второй половине 1850-х гг. дела у него пошли хуже, некоторые свои компании он был вынуж­ден продать, другие — закрыть. Но работать он не прекращал. В эти тяжелые для его финансовой империи годы Мийо построил квартал для малообеспеченных людей. В Париже, между улицами Лион и Берси, Мийо получил участок для застройки. Через неко­торое время здесь вырос небольшой “город”: около тридцати трех­этажных домов с шестью комнатами, с кухней в полуподвале. Еже­годная рента составляла всего семь сотен франков. Среди этих домов он провел улицу, которая стала носить его имя. Авеню Мийо называлась так с 1865 по 1897 г., затем она была переименовала в улицу Кремье. С целью придать кварталу некоторую долю элитар­ности, в 1865 г. Мийо построил на улице Лион театр для малообес­печенной публики, с недорогими билетами. Заведение получило название “Большой парижский театр” (фр. Le Grand Theatre Parisien). Сюда любили приходить жители предместья Сен-Антуан.

Пробовал Мийо себя и в литературе. На сцене театра Пале-Руайяль (фр. Palais-Royal) 2 февраля 1859 г. состоялась премьера водевиля “Моя племянница и мой медведь” (фр. Ma Niece et mon Ours), авторами произведения были Мийо (под псевдонимом Фра­скати) и Клервиль. Публика тепло принимала постановку. Однако это была единственная проба Мийо такого рода.

Мийо воспринимали как финансового воротилу, что его полно­стью устраивало. Но он был не менее ловким и талантливым изда­телем. Газета была всегда его настоящей страстью — на протяже­нии всей своей жизни он принимал участие в том или ином предприятии прессы.

Как складывалась концепция “Пти журналь”

Мийо должно было вскоре исполниться пятьдесят лет. От ог­ромного состояния почти ничего не осталось. Но у него были по меньшей мере два несомненных таланта: он умел увлекать толпу и обладал счастливым умением извлекать из газет прибыль. Мысль о дешевой газете для массового читателя полностью овладела им. Опыт работы с “Пресс” Э. де Жирардена, сотрудничество с А. Дютаком, издателями, сделавшими первые шаги на пути к массовой прессе, не прошли даром. Мийо знал основные трудности, с кото­рыми столкнулись эти первопроходцы, и хорошо представлял, ка­ких ошибок не следовало совершать. Кроме того, его собственная обширная практика в газетном деле подсказывала, что реализовать его задумку поможет лишь тщательный расчет концепции и стра­тегии новой газеты. Поддержки у единомышленников он не нахо­дил: все говорили, что эту его идею просто невозможно осуще­ствить. Но он рискнул. И, благодаря газете, снова разбогател. Так во французскую прессу пришел коммерсант без каких-либо лите­ратурных амбиций, рассматривавший газеты как такой же товар, как и все остальные. Он поставил газеты на промышленные рель­сы, доведя тиражи и доходы до небес.

Казалось, что изменения, происходившие в жизни Франции, благоприятствуют появлению такого рода издания. Промышлен­ная революция, технический прогресс, многочисленные усовер­шенствования процесса печати, сокращение производственных издержек, увеличение скорости распространения информации и др. выводят газетное предприятие на качественно новый уровень: наконец складываются условия, способствующие индустриализа­ции печати. Кроме того, появляется и по-настоящему массовый читатель. Мийо уже мог рассчитывать на гораздо более широкую аудиторию, чем Жирарден, его привлекал совсем другой социальный класс — те миллионы французов, которые только-только научи­лись читать, с непритязательными запросами и вкусами, но уже интересующиеся событиями, происходящими в стране и в мире. На технологичное производство требовалась более квалифициро­ванная рабочая сила, что стало одной из основных причин рефор­мы системы образования. Усилиями Франсуа Гизо, министра внут­ренних дел и просвещения в годы Июльской монархии, 28 июня 1833 г. был принят закон Гизо (фр. la loi Guizot de 1833), согласно которому каждая коммуна должна была открыть начальную шко­лу, обучение было не обязательным, но бесплатным для самых бед­ных учеников. Через тридцать лет (одно поколение) были заметны первые результаты. Если в 1832 г. число неграмотных составляло 53% населения, то в 1869 г. — уже 27% (Feyel, 1999: 71).

Но развитие печати сдерживали ограничения законодательного характера. При Второй Империи действовали драконовские поло­жения “органического декрета” (от 17 февраля 1852 г.). Каждая газе­та была обязана получить предварительное разрешение на выход, внести залог, платить налоги (гербовый сбор, почтовый налог). Эти поборы были так велики, что составляли более половины цены номера газеты, что делало убыточной любую попытку созда­ния дешевой газеты. Но для дальнейшего развития массовой газеты в “органическом декрете” были две “лазейки”. Во-первых, прави­тельство Луи-Наполеона старалось способствовать развитию чтения в стране, поэтому декрет отменял существовавший налог в 1 сан­тим на роман с продолжением. Во-вторых, дополнительный де­крет от 28 марта освобождал от гербового сбора газеты и другие периодические и непериодические издания, посвященные литера­туре, науке, искусству и сельскому хозяйству, другими словами, неполитические издания (Ibid: 80). Более того, закон от 25 июня 1856 г. разрешал перевозку неполитических изданий частными распространителями по железной дороге, что позволяло избежать почтового налога. Но можно ли было сделать дешевую неполити­ческую газету? Могут ли “литература” и “варьете” привлечь доста­точное количество читателей, даже за один су? Эти вопросы зада­вал себе Мийо и полагал, что это вполне осуществимо.

Уникальность “Пти журналь” состояла в том, что это был проект, разработанный коммерсантом. Мийо стал первым французским издателем, который менеджменту уделял внимания не меньше, чем редакционному предложению газеты. Некоторые историки французской прессы считают даже, что «если в этом веке в еже­дневной прессе и произошла революция, то она была связана с по­явлением “Пти журналь” в гораздо большей степени, чем с “Пресс” Жирардена» (Martin, 1997: 35). Будучи хорошим менеджером, Мийо в то же время осознавал и значение содержания — их (ме­неджмента и редакционной формулы) взаимозависимость. Он су­мел найти баланс между содержанием газеты и ее продвижением, распространением, управлением.

В инновационной стратегии “Пти журналь” были учтены четыре фактора: создание нового продукта, сокращение расходов, систе­ма распространения, продвижение издания. Прежде всего Мийо определил основные источники экономии. Главным из них стал выбор в пользу аполитичной газеты, что позволило не платить гер­бовый сбор и почтовый налог, которые увеличивали розничную стоимость политической газеты более чем в два раза. Малый фор­мат (43x30 см, половина общепринятого размера) сократил редакци­онные, производственные, экспедиционные расходы и увеличил скорость печати. На протяжении многих лет издатели увеличивали формат издания, но не количество страниц. Первое позволяло расширить объем предлагаемой газетой информации, второе — избежать роста налогообложения. Кроме того, “Пти журналь” была вечерней газетой и печаталась в типографиях в дневную сме­ну. Тиражи утренних газет изготавливались в ночную смену, за эту услугу владельцы типографий брали с заказчиков повышенный та­риф. Низкая цена — 5 сантимов, одинаковая в Париже и в провин­ции (остальные газеты стоили, соответственно, 15 и 20 сантимов) должна была способствовать по-настоящему массовому распро­странению. Мийо предложил новую формулу газеты, полностью соответствующую вкусам и запросам массового читателя; тщатель­но продумал создание собственной структуры распространения и использовал преимущества розничной торговли на всей террито­рии Франции (“охота на читателя в его собственном доме”); лично разрабатывал и принимал участие в проведении кампаний по про­движению издания.

“Нужно не бояться выглядеть глупым”, — сказал он однажды Ипполиту де Вильмессану, издателю “Фигаро”. Деловое чутье не подвело, Мийо сумел превратить газету в промышленный товар. Его смелость была достойно вознаграждена. Уже в октябре 1863 г. “Пти журналь” превосходит по тиражу “Сьекль” (самый крупный тираж среди “серьезных” газет того времени, 50 тыс. экз.), продав 83 тыс. экз., через два года “побеждает” всю парижскую прессу вместе взятую (259 тыс. экз.), в начале 1869 г. достигает 340 тыс., что вдвое превышает тираж всех столичных газет. Предприятие оказывается крайне выгодным: прибыль составляет около 25% торгового оборота (Cristophe, Ibid: 103).

Что касается названия нового издания, то существует несколь­ко версий, как оно появилось на свет. Среди них и следующая. Од­нажды Мийо пришел к старому издателю Альфреду Дюкесну и спросил:

— Не думали ли вы когда-нибудь, вы, кто начал свой путь в журналистике с “Ревю де л’Ампир”, что ежедневная газета может продаваться всего за 1 су?

Дюкесн ответил, что это невозможно. Тогда Мийо объяснил ему свою задумку. Единственное, что его волновало — название. Дюкесн поинтересовался, какой будет у издания формат.

— Формат большой газеты, разделенный надвое, четыре стра­ницы по пять колонок, то есть менее громоздкая газета, неболь­шая, одним словом, маленькая газета.

— А! Ну вот и ваше название — назовите ее “Маленькая газе­та”, — ответил Дюкесн.


(окончание в следующем номере)

Примечания

1 В 1914 г. совокупный тираж “большой четверки” французских массовых газет “Пти журналь”, “Пти паризьен”, “Матэн”, “Журналь” превышал 4 млн экз. (ти­раж всей национальной прессы составлял 5,5 млн экз.).

2 В воскресенье суды не заседали, поэтому газеты “Друа” и “Газет де трибюно” не выходили в понедельник. Мийо, как коммерсант, пытался заполнить свобод­ную нишу. На самом деле “Одьянс” выходила два раза в неделю, в понедельник и четверг, но многие даже считали ее ежедневной газетой. “Друа” и “Газет де трибю­но” были процветающими предприятиями, что, скорее всего, и привлекло Мийо.

3 Игра слов: фр. Millaud (Мийо) и million (миллион) произносятся одинаково.

Библиография

Аникеев В.Е. История французской прессы (1830—1945). М., 1999.

История Франции / под ред. А.З. Манфреда. Т. 2. М.: Наука, 1973.

Новомбергский Н. Освобождение печати во Франции, Германии, Анг­лии и России // История печати: Антология. Т. I. М., 2001.

Albert P. (1993) Histoire de la presse. Paris: PUF. (In French)

Avenel H. (1900) Histoire de la presse frangaise. Depuis 1789 jusqu’a nos jours. Paris: Ernest Flammarion. (In French)

Cazenave E., Ulmann-Mauriat C. (1994) Presse, radio et television en France de 1631 a nos jours. Paris: Hachette. (In French)

Cristophe Ch. (2004) Le siecle de la presse (1830—1939). Paris: Seuil. (In French)

Dreyfous M. (1912) Ce que je tiens a dire. Un demi-siecle de shoses vues et entendues. 1862—1872. Paris: Libraire Paul Ollendorff. (In French)

Feyel G. (1999) La presse en France des origines a 1944. Histoire politique et materielle. Paris: Ellipses. (In French)

Martin M. (1997) Media et journalistes de la Republique. Paris: Editions Odile Jacobs. (In French)

Morienval J. (1934) Les createurs de la grande presse en France. Paris: Editions Spes. (In French)


Поступила в редакцию 30.05.2010


Библиография: